Книга Всё равно будешь моей, страница 11 – Татьяна Катаева

— Малыш, дыши. А то мне кажется, ты сейчас свалишься без чувств!

И я бы правда свалилась, если бы он не подошёл ко мне ближе, и не положил свою руку мне на талию. Сердце снова набирает обороты.

Возможно, ли в восемнадцать лет умереть от остановки сердца? Сейчас мне кажется это более чем реально. Ведь моя грудь разрывается.

— Снова молчишь? Извиняться будешь?

Он наклоняется к моему уху и шепчет это так… Так… что мне страшно. Выставляю руки вперёд и пытаюсь его оттолкнуть. Лучшее решение, это сбежать. Но он не сдвигается с места. Гора ведь. И у меня не хватает сил, чтобы даже сдвинуть его с места.

— Вижу, что снова не собираешься извиняться, — он говорит это, а после… кусает меня за шею. Я издаю писк.

— Что ты делаешь? Пусти. Я не хотела… вы сами…

Боже в голове сколько слов. А как их собрать в одно предложение? Как ему объяснить, что я не специально?! Как?!

Он поднимает голову вверх, и теперь смотрит мне в глаза. Это глаза хищника. Самого настоящего. Мне с ним нельзя быть рядом. Разорвёт и глазом не моргнет. Рустам по сравнению с ним кажется слабым.

— Что мы, мышка? Закончи свои мысли словами. И возможно, я тебя после этого отпущу.

Собираю всю волю в кулак, складываю слова в предложение и пытаюсь всё ему сказать. Но в мыслях проще. На действиях не хватает решительности.

— Вы… ворвались, когда… Я не успела… Вы так быстро… Боже, отпусти меня…

Коллапс мыслей и всех внутренних органов в одну секунду. Я умру. Я точно сегодня умру.

Пытаюсь убежать, обойти его и исчезнуть. Но он хватает меня за рукав, и возвращает назад.

— Чёртов Горский, какого хрена? — в моём мозгу звучит лишь это.

Почему все, что связано с ним, перечёркивает моё воспитание?!

Матвею, походу, на всё плевать. Он поднимает свою ладошку, а пальцы кладёт мне на губы. Водит нежно и дотрагивается совсем легонько. Я же задыхаюсь от этого. Вторая его рука сильнее сжимает запястье.

Мы смотрим, друг другу в глаза, но он дышит ровно, мне кажется. А в моих лёгких, трубка, по которой идёт кислород, просто оторвалась.

Снова открывается дверь, и в этот раз входят две девчонки. Они весело обсуждают вечеринку. А я снова в панике. Если меня тут увидят с Горским, мне конец. Рустам убьёт меня, даже не выслушает.

Наверное, Матвей читает это в моих глазах. Так как он хватает, и лишь сильнее прижимает к себе. Рот закрывает своей ладошкой, и не даёт мне даже пискнуть. Сам же прикладывается к моей шее, и нежно проходит по ней своим шершавым языком.

Я выпадаю с реальности. То, что сейчас происходит, не вписывается ни в одни рамки приличия. Увидев, что тут происходит, все б подумали, что между нами с Матвеем, что-то есть. Но между нами ничего не происходит… ничего.

Просто он какой-то извращенец. Он облизывает мою шею, как будто там мёдом намазано. А потом ещё и ныряет рукой под толстовку и дотрагивается до пупка. Меня прошибает таким разрядом, что я вскрикиваю и кусаю Матвея за руку. Хорошо, что девушки уже вышли с ванной. А иначе, мне бы смерть.

Отскакиваю и смотрю на него так, как будто мы только что делали то же самое, что он с той девушкой. Это ранит больно. Я не такая как они все.

Не такая!

Резкий взмах руки, и звон пощёчины. Злой взгляд Горского, и острая молния прямиком мне в сердце. Разряд, пульс. Я жива.