Книга Два чуда для майора Северова, страница 87 – Лена Лорен, Алиса Вебер

Так стыдно стало, так совестно, что в жизнь приличного человека принесла столько проблем. Зачем я на его голову свалилась? Теперь он точно пожалеет, что со мной связался. Это надо же, взять и уволиться из принципа. Ради меня.

— Ребят, я тогда пойду? — стал прощаться с нами Платон, почуяв, что между нами грядет серьезный разговор. — Если что надо, звоните. Эль, выше нос, ты еще не знаешь, что Северовы никогда не сдаются.

— И то верно, — подтвердил слова брата Гордей, как только закрыл за ним дверь, — давай детей спать уложим и поговорим.

Так и сделали. Я едва выдержала те полчаса, пока укачивала Настёну, Гордей усыпил Дениску своим способом, что-то рассказывая ему тихонько. А после мы пошли на кухню и не успели и парой слов перекинуться, как зазвонил телефон.

— Да, дед, докладывай, — проговорил Северов, включая громкую связь.

Я не спускала глаз с аппарата, лежавшего на столе, слушала голос Соломона Агафоновича не дыша, и ощущала себя так, будто от следующих его слов зависит вся наша дальнейшая жизнь. Да почему будто? Так оно и было. Гордей тоже внимательно слушал, прижимая меня к себе и не выпуская из объятий.

— Я все вопросы решу, Гордей! Не переживайте там, Элечку успокой, чтобы не нервничала. Никто тебя не уволит. Там, у вас в управлении, уже такой шмон навели, что сегодняшний день Фролову сказочкой покажется. Будет знать, как должностью прикрываться и закон нарушать.

— Как там моя Элечка? Как внучата? — услышала я голос бабули и оторопела.

А она там откуда? Как она оказалась рядом с дедом Соломоном?

— Капа! Да что ты лезешь? — приструнил ее дед ворчливо. — Дай нам дела обсудить важные. С внучатами же хорошо всё, да?

— Да… — пробормотала я, едва сдерживая смех, и мы с Гордеем обменялись говорящими взглядами.

Всё ясно с этой парочкой несведенышей. Спелись и разрешили все свои разногласия. А дед Гордея, кажется, решил все наши проблемы, воспользовался своими связями. По крайней мере, никто не рвал на себе волосы и не обсуждал план, как Гордею теперь быть и как возвращаться в органы.

Меня отпустило, и больше я на эту тему не нервничала, решив положиться на мужчин.

Всё у нас будет в порядке!

— Ладно, дед, день был тяжелым, устали мы, — попрощался с ним Гордей, нажал на отбой и развернул меня к себе лицом, разглядывая с пристальным вниманием.

Потом разгладил мне складку между бровей, ободряюще улыбнулся.

— Ну что, эльфенок, рассказывай, что ты себе напридумывала? Вижу ведь, как у тебя мысли в голове бегают как шальные.

— Да как им не бегать? — я даже руками всплеснула. — Зачем же было увольняться? Он тебя вынудил? Или намекнул? Или ты сам из принципа?

— Я же говорю, — спокойно, методично рассказывал он, хотя уже не первый раз, — я не могу работать под началом преступника.

— Но ты же вернешься на работу? Я правильно поняла? Твоя карьера никак не пострадает?

— Успокойся, Элечка, смотри, какие у тебя холодные руки, — с упреком пресек он мои причитания, взял мои заледеневшие пальцы в свои большие, сильные руки и стал их согревать своим дыханием.

Я замерла. И время. Оно тоже замерло для нас. Я забыла, о чем мы говорили. Всё сейчас потеряло значение. Этот момент был только нашим. Сокровенным. Я уже стояла совсем близко к Гордею. Один шажочек — и он укрыл меня собой, спрятал в своих объятиях, и отпустили все страхи, тревоги, волнения.