Книга Два чуда для майора Северова, страница 72 – Лена Лорен, Алиса Вебер

— Что тут у вас? — я всё же подошла и остановилась возле окошка, а там снежинки кружились в причудливом танце.

И было их видимо-невидимо. Мы стояли рядом с Гордеем, держа детей в руках. И видели наше отражение. Я залюбовалась.

Красиво. Правильно. Как и должно быть.

Сладко замерло сердце. До того волшебная была картина. Нереальная. И я разомлела, а нервное напряжение враз отпустило. И что самое интересное, Настёна и Дениска тоже перестали капризничать. Ручками своими водили по стеклу, а мы с Гордеем дружно смеялись.

Хотели поделиться друг с другом впечатлениями, и наши головы в один момент сделали поворот. Мы столкнулись носами. Оказались близко-близко. Стояли и не двигались и просто изучали друг друга взглядами. То, как он смотрел на меня глазами моих детей, просто завораживало.

А я ведь и не думала никогда о личности донора деток, запретила себе думать, так как свято верила в неприкосновенность этой приватной информации. Лишь благодарила бога, что есть такая возможность для женщин в моем положении и что мне удалось забеременеть и родить.

Но вот он стоит напротив…

Такой красивый, мужественный, добрый…

Мужчина, лучше которого нет на свете, я в этом уверена и не сомневаюсь ни на одну секундочку. Самый идеальный на свете мужчина и отец моих детей. Поверить в то, что он еще и испытывает ко мне какие-то чувства, что он в принципе свободен и не занят одной из тех женщин-хищниц, которые не упускают подобных Северову мужчин, было чем-то сродни чуду.

Но он однозначно их испытывал, я не могла перепутать ни с чем это сгустившееся напряжение. От него ко мне шли волны притяжения, по которым я без сопротивления поплыла. Мурашки по спине всей толпой выплясывать начали.

Вытянулась в струнку, мне так хотелось оказаться еще ближе к Гордею.

А он тоже наклонился, ведь мой рост не позволял нам быть на одном уровне. Его губы застыли возле моих губ, я дыхание задержала, а рот чуть приоткрыла, прикрывая в томлении глаза. Ресницы затрепетали, а на коже я ощутила теплое дыхание.

И до чего же сильным было разочарование, когда нам пришлось неожиданно прерваться из-за бабушки и деда Гордея, которые ввалились в комнату без стука, подбегая к нам с долгожданным градусником.

— Добыли! — хвастался Соломон Агафонович трофеем.

— Коли была бы дома аптечка, не пришлось бы добывать… — ворчливо толкала его в бок бабушка.

— Дед, ты словно золотой самородок нашел, а не обычный градусник, — подхватил шутку Гордей, помогая мне справиться с установкой градусника под мышку Настёне.

Моя сладкая девочка кряхтела, не желая, чтобы с ней проводили подобные манипуляции, но в итоге мы всё равно измерили температуру и ей, и Дениске. А потом для верности перепроверили результат.

— Черт-те что! — бабушка возмущенно затрясла градусником. — Не работает пищалка твоя новомодная! Надо ртутный искать. Они самые надежные. А это барахло полное!

— Сама ты барахло, — забухтел тот в ответ, — вчера только мерили температуру постоялице одной, тридцать восемь показывал как миленький.

— Угу, сам мерил, что ли? И часто ты доктором в гостинице подрабатываешь?

— Бабушка, — осадила я ее, посмеиваясь мысленно над их перепалками, — я поняла, в чем дело.

— В чем же, милая моя? — она очнулась и посмотрела на меня удивленно.