Книга Как профукать праздник. Служебная записка на чувства, страница 80 – Екатерина Мордвинцева

В обеденный перерыв Кирилл вызвал меня в кабинет. Я зашла, и он смотрел на меня так, будто видел впервые.

— Я слышал, что ты сказала, — он говорил тихо, но я чувствовала напряжение в его голосе. — Ты могла не делать этого. Я бы сам...

— Зачем? — я села напротив, сложила руки на коленях. — Чтобы они продолжали шептаться? Чтобы я продолжала прятаться? Нет, Кирилл. Я устала.

— Они могут начать травить тебя, — он покачал головой. — Сплетни, слухи. Ты же знаешь, как это бывает.

— Пусть, — я пожала плечами. — Мне всё равно. После того, что я пережила... сплетни — это мелочи.

Он смотрел на меня, и я видела, как его лицо меняется. От беспокойства к удивлению, потом к чему-то тёплому, что заставило моё сердце биться чаще.

— Ты удивительная, — сказал он, и голос его был тихим, почти шёпотом. — Я никогда не встречал такой смелой женщины.

— Я не смелая, — я улыбнулась. — Просто у меня больше нет сил бояться. Я уже потеряла слишком много. Бояться больше нечего.

Он встал, обошёл стол, сел на стул рядом. Взял меня за руку, и я почувствовала, как его пальцы сжимают мои.

— Я горжусь тобой, — сказал он. — И я сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом решении.

— Я не пожалею, — я сжала его руку в ответ. — Я знаю.

После работы мы поехали к Варе. Она пригласила нас на ужин — впервые официально, как пару. Я волновалась больше, чем на корпоративе. Варя, Кристина, Оля — они были для меня не просто подругами, они были семьёй. Единственной семьёй, которая у меня осталась. И их мнение значило для меня всё.

— Не переживай, — сказал Кирилл, когда мы поднимались по лестнице. — Я справлюсь.

— Я знаю, — я улыбнулась, хотя внутри всё дрожало. — Просто... они много для меня значат. Если они не примут тебя...

— Примут, — он уверенно кивнул. — Ради тебя.

Варя открыла дверь почти сразу, будто ждала нас. На ней было простое платье, волосы распущены, и она выглядела почти счастливой — насколько это было возможно в нашей ситуации.

— Проходите, — она отступила в сторону, пропуская нас. — Мы уже накрыли.

В коридоре я увидела Кристину и Олю. Они стояли, держась за руки, и смотрели на Кирилла с любопытством и настороженностью. Я понимала их. Он был чужим в нашем маленьком мире, мире боли и ожидания. Им нужно было время, чтобы принять его.

— Это Кирилл, — сказала я, чувствуя, как напряжение повисает в воздухе. — Мой... мой мужчина.

Кирилл протянул руку Кристине. Та пожала, но взгляд оставался настороженным.

— Приятно познакомиться, — сказал он, и голос его был спокойным, тёплым. — Инга много о вас рассказывала.

— Надеюсь, не всё, — Кристина усмехнулась, но в усмешке не было враждебности.

— Достаточно, чтобы понять, как вы важны для неё, — он перевёл взгляд на Олю, потом на Варю. — Я не прошу вас сразу мне поверить. Я просто хочу, чтобы вы знали: я буду рядом с ней. Что бы ни случилось.

Варя смотрела на него долгим взглядом, и я видела, как её лицо меняется. От настороженности к чему-то более мягкому.

— Проходите к столу, — сказала она наконец. — Ужин остывает.

Мы прошли в гостиную, где был накрыт стол. Просто, но уютно — белая скатерть, цветы в вазе, свечи. Я почувствовала, как напряжение начинает отпускать.

За ужином говорили о пустяках — о погоде, о работе, о новостях. Никто не упоминал о пропавшем самолёте, о поисках, о будущем. Это был негласный договор — хотя бы один вечер побыть обычными людьми, которые просто ужинают вместе.