Книга Как профукать праздник. Служебная записка на чувства, страница 78 – Екатерина Мордвинцева

— Мне всё равно, — я перебила его. — Пусть говорят что хотят. Я знаю правду. И ты знаешь.

Он улыбнулся, и я увидела, как его лицо светлеет.

— Я горжусь тобой, — сказал он. — Ты сильная.

— Я учусь, — я улыбнулась в ответ. — Учусь быть сильной.

В обеденный перерыв мы вышли из кабинета вместе. Я взяла его за руку, и он не отпустил. Мы прошли через весь отдел, мимо столов, где сидели наши коллеги, и я чувствовала их взгляды. Света открыла рот, Оксана замерла с чашкой в руке, Антон улыбнулся.

Я смотрела на них и не отводила взгляда. Пусть смотрят. Пусть думают что хотят. Я больше не боялась.

Вечером я пришла к Кириллу домой. Миша встретил меня у двери, радостно крича: «Инга пришла!» — и повёл показывать новую модель ракеты, которую они собрали с папой.

Мы ужинали втроём, и я чувствовала, как тепло разливается по телу. Здесь, за этим столом, в этой квартире, я чувствовала себя дома. Не в той квартире, где я жила одна, с пустыми стенами и немым телефоном. А здесь, где пахло домашней едой, где смеялся ребёнок, где был он.

— Инга, а ты останешься сегодня? — спросил Миша, когда мы пили чай.

— Миша, — начал было Кирилл, но я перебила его.

— Если вы меня пригласите, — сказала я, как в прошлый раз.

— Приглашаем! — Миша посмотрел на отца. — Папа, ты же хочешь?

Кирилл посмотрел на меня, и в его глазах я увидела то, что заставило моё сердце биться чаще.

— Хочу, — сказал он.

Позже, когда Миша уснул, мы сидели на кухне, пили чай, смотрели на звёзды. Я рассказывала о встрече группы поддержки, о Варе-психологе, о том, как она сказала, что чувство вины — это нормально.

— И ты поверила? — спросил он.

— Пытаюсь, — я пожала плечами. — Не сразу, наверное. Но пытаюсь.

— Это главное, — он взял меня за руку. — Пытаться.

— Кирилл, — я посмотрела на него. — Спасибо. За то, что ждёшь. За то, что не требуешь. За то, что ты есть.

— Не за что, — он улыбнулся. — Я люблю тебя. Я знаю, что ты не готова ответить. Я знаю, что тебе нужно время. Я подожду.

Я смотрела на него, и слова застряли в горле. Я хотела сказать, что тоже люблю. Что он стал для меня всем. Что без него я бы не справилась. Но не могла. Чувство вины всё ещё сидело внутри, не давая произнести эти слова.

— Я... — начала я, но он покачал головой.

— Не надо, — он прижал меня к себе. — Всему своё время.

Мы сидели так, обнявшись, и я чувствовала, как его сердце бьётся в такт моему. И мне казалось, что впервые за долгое время я могу дышать полной грудью.

Позже, когда я лежала в его кровати, смотрела в потолок и слушала его дыхание, я достала телефон. Открыла общий чат. Мои сообщения висели там, непрочитанные. Я набрала новое:

«Сегодня я сказала ему, что больше не хочу прятаться. Мы вышли вместе, держась за руки, и мне было всё равно, что подумают люди. Он сказал, что любит меня. Я не ответила. Не смогла. Но я знаю, что люблю. Я просто боюсь сказать. Боюсь, что если скажу, то предам вас. Но я знаю, что вы бы не хотели, чтобы я боялась. Вы бы хотели, чтобы я жила. Я попробую. Я обещаю».

Нажала «отправить». Две серые галочки. Доставлено, но не прочитано.

Я убрала телефон, закрыла глаза. И представила их лица. Машу, Женю, Леру. Они улыбались.

— Живи, — сказала Маша. — Живи за нас.

— Будь счастлива, — добавила Женя.

— Мы тебя любим, — прошептала Лера.