Книга Как профукать праздник. Судьба из дежурной части, страница 100 – Екатерина Мордвинцева

Инга взяла на себя связи со СМИ и организацию мероприятий. Она оказалась прирождённым организатором — энергичная, напористая, она умела убеждать, договариваться, находить ресурсы там, где, казалось, их нет. Кристина вела социальные сети и отвечала за волонтёров. Она научилась говорить с людьми так, что они чувствовали: их слышат, их понимают, они не одни. Ольга занималась финансами и документацией — тихо, незаметно, но так, что без неё всё бы развалилось. А я… я была тем, кто слушал. Кто сидел рядом с теми, кто только что потерял всё, и просто молчал. Или говорил. Или плакал вместе с ними. Я была тем, кто прошёл через это и вышел живым. И это, оказывалось, было самым важным.

— Ты знаешь, — сказала мне Инга однажды, когда мы остались в офисе вдвоём, — я иногда думаю, что если бы не эта группа, я бы сошла с ума. Не от боли — от бессмысленности.

— Я тоже, — ответила я. — Нам нужно было что-то делать. Не просто ждать, а делать.

— И мы сделали, — она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, столько силы. — Мы сделали что-то важное.

Я смотрела на неё и думала о том, как мы изменились. Четыре женщины, которые не сели в тот самолёт. Четыре судьбы, которые пересеклись в одной точке. Мы прошли через ад и вышли из него не сломленными, а сильными. Не забывшими, но научившимися жить. И это было главным чудом.

Дни складывались в недели, недели — в месяцы. Я привыкла к новой жизни — к нашей квартире, к запаху кофе по утрам, к тому, как Алексей укрывает меня пледом, когда я засыпаю на диване перед телевизором. Я привыкла к его руке, которая ищет мою во сне, к его дыханию, которое становится ровным, когда он засыпает, к его улыбке, когда я готовлю его любимый ужин.

Мы жили обычной жизнью. Работа, домашние дела, редкие выходные, когда мы выбирались в город, гуляли по набережной, заходили в кафе, где пили кофе и говорили о пустяках. Иногда я ловила себя на мысли, что это — то самое счастье, о котором я когда-то мечтала. Неяркое, негромкое, но настоящее. Счастье быть рядом с человеком, который тебя понимает. Который принимает тебя всю — с твоей болью, с твоей памятью, с твоими страхами. Который не боится твоей тьмы, потому что знает: за ней всегда будет свет.

— Ты сегодня какая-то задумчивая, — сказал Алексей однажды вечером, когда я сидела на диване и смотрела в одну точку.

— Задумалась, — ответила я. — О том, как странно устроена жизнь. Год назад я не знала тебя. А теперь не представляю своего дня без тебя.

— Я тоже, — он сел рядом, обнял меня. — И каждый день благодарю судьбу за то, что ты появилась в моей жизни.

— Даже несмотря на всю эту боль?

— Даже несмотря на неё, — он поцеловал меня в висок. — Потому что эта боль — часть тебя. А ты — часть меня.

Я закрыла глаза, чувствуя, как его тепло согревает меня. И в этот момент я поняла, что, возможно, это и есть счастье. Не то, которое я представляла раньше — яркое, громкое, полное путешествий и открытий. А другое — тихое, спокойное, такое, которое не требует грандиозных планов. Счастье быть здесь, сейчас, с человеком, который любит тебя. Который выбрал тебя. Который остаётся, даже когда больно.

Это случилось в обычный вечер, когда ничего не предвещало того, что мир снова может перевернуться. Я сидела на кухне, пила чай, просматривала сообщения в группе. Алексей был в душе, и в квартире было тихо, только за окном шумел ветер, срывая первые листья с деревьев.