Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 85 – Вероника Лесневская

Отгоняю коварные мысли, глубоко дышу, чтобы остыть и убрать краску со щек. Подаю мальчишкам руки и, сжав их маленькие ладошки, поднимаюсь. Веду детей к отцу, хотя не готова находиться рядом с ним после своего неуместного жеста с платьем. Надеюсь, он не придал этому значения.

— Какие люди! – звучит с добрым сарказмом. - Мы заждались, - к нам присоединяется мужчина, внешне похожий на Виктора. Сложно не догадаться, что это и есть его брат.

— Знакомьтесь, это Лилия, моя будущая жена, - Воскресенский осторожно кладет руку на мои плечи, но ничего большего себе не позволяет. По-отечески, скованно. Это не объятия, а деловое прикосновение. Мы больше похожи на папу и дочь, чем на влюбленных.

Благо, при Константине играть не надо – он, в отличие от супруги, знает правду. Сканирует меня пристальным темным взглядом, кивает, будто давая молчаливое одобрение, и косится на брата:

— Я так понимаю, заедете в офис на днях?

— Если наш договор все еще в силе, - с показным равнодушием бросает Виктор, а я наклоняю голову, стиснув губы и до боли зажав их зубами изнутри.

Договор. Все правильно. Кроме кипящей лавы, ползущей по венам. Я не должна так реагировать, но со мной происходит что-то странное, непривычное, новое. То, чего я никогда ранее не испытывала.

— Разумеется, - братья обмениваются сухими рукопожатиями. – Буду ждать, - Константин опять изучает меня. Так пристально, будто вскрывает.

Вздрагиваю, стукнув зубами, и обхватываю себя за плечи. Растираю продрогшие плечи.

— Замерзла? - шелестит со стороны Виктора, но мне не верится, что ласковый, тревожный тон принадлежит ему. На плечи опускается тяжелая ткань, едва не прибивая меня к асфальту. Осматриваю себя, машинально врезаюсь ледяными, трясущимися пальцами в лацканы просторного, черного пиджака.

— Плащ забыла в машине, - оправдываюсь, кутаясь в его одежду, и мне становится в ней чересчур жарко.

— Я сейчас принесу, - неожиданно проявляет заботу Виктор и, не ожидая моего ответа, возвращается к автомобилю.

Константин провожает долгим взглядом старшего брата, а потом стреляет в меня. Задумчиво хмыкает, потирает подбородок, чуть ухмыляется, но ничего не говорит. Вера не вмешивается. Я тоже не спешу поддерживать беседу. Предпочитаю молчать, плотнее прижимая к себе грубую ткань, которая сохранила тепло и запах Виктора. В его пиджаке чувствую себя, как в броне. Под защитой. Ничто и никто мне не навредит. Даже этот пугающий, препарирующий меня, хитрый юрист Константин.

— Посмотри, Лешка, похожие девочки. Как мы, - толкает брата Даня, и мальчишки срываются с мест. Несутся с рыжеволосым близняшкам, появившимся из толпы, а я, сбросив с себя внимательный взгляд младшего Воскресенского, шагаю следом за детьми.

Сыновья Виктора знакомятся с дочками Константина, смеются и заигрывают. Я, наблюдая за ними, с тоской осознаю, что сегодня они видят друг друга впервые. Почему дети не общались раньше? Они же родные! Одной крови.

— Мама, смотли, какая холошая тетя, - тычет в меня пальчиком одна из близняшек.

Я невольно расплываюсь в искренней, лучистой улыбке. Боковым зрением замечаю, что Виктор уже вернулся, стал поблизости - и не сводит с меня глаз. Контролирует?

— Мама, давай их пирожными накормим, - гостеприимно взмахивает ручкой в сторону кондитерской вторая «огненная» девочка.