Онлайн книга «Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь»
|
— Отец умер год назад, - звучит таким стальным, морозным тоном, что мне становится не по себе. * * * * * * — Прости, Виктор, но не могу сказать, что сожалею, - чужим, жестким тоном произносит мама, и я не узнаю ее. Ошеломленно всматриваюсь в пугающе темные глаза, наполненные мраком и ненавистью, и переживаю, что весь свой негатив она переносит на моего мужа. Видит в Викторе его отца – и никак не может разграничить их, а ведь они разные! Две противоположности, два полюса, у которых нет точек соприкосновения, кроме кровных уз. Я ни в одного мужчину не верила так слепо и беззаветно, как в Виктора. Разве что… в моего папу. Не понимаю, как мама не видит, что он такой же добрый и благородный? — Мамуль, прошу тебя, все уже в прошлом, - уговариваю ее, кажется, делая еще больнее. – Его больше нет. Тебе некого бояться. — Понимаю и полностью разделяю ваши чувства, София Павловна, - неожиданно соглашается с ней Воскресенский. – Лилю я бы и сам ему не простил, - цедит с холодным металлом в голосе. Глухо прорычав какие-то проклятия, он подается ближе и укладывает ладонь на мое колено. Накрываю ее свободной рукой, с теплом и участием улыбаюсь мужу. Но он вдруг мрачнеет, будто опять запрещает себе быть со мной. Поворачивается к маме, которая неотрывно следит за тем, как мы обмениваемся мыслями. Это даже не общение, а сплетение душ. Невидимые нити между нами опасно натягиваются, когда Витя убирает руку и отодвигается, но я не могу позволить хрупкой связи оборваться под действием внешних невзгод. Мы сильнее, особенно когда вместе. — Я действительно не в курсе, что произошло на том объекте, - повторяет Воскресенский с нажимом. - Я его никогда не курировал. После смерти отца он перешел Османову, мужу моей сестры – и сейчас под его управлением. — Очень удобно, - недоверчиво хмыкает мать. – Значит, продолжаете калечить работников в своей компании? И Лилечку во всю эту грязь втягиваете? — Зачем ты так? – перебиваю ее, пока не наговорила лишнего от обиды. – Все, что случилось с тобой, я пропустила через себя. Мы обе страдали, - шепчу, облизывая соленые губы. С трудом сглатываю слезы. – Я перенесла твою трагедию, как свою собственную. Но почему ты не принимаешь тот факт, что Виктор не виновен? И уж тем более, его маленькие сыновья. — Я обязательно разберусь во всем, - муж начинает фразу, глядя на мать, а под конец обращается уже ко мне: - Я тебе клянусь, Лиль. Остается неподвижен, выставляя между нами барьер, и теперь моя очередь проявить инициативу. Беру его за руку, чтобы поддержать, сжимаю грубые пальцы, и он едва заметно, с благодарностью приподнимает уголки губ. — Воскресенский тоже был обходительным, когда я только устраивалась на работу, - глухо, будто сквозь толщу воды, доносится голос матери. - Он в принципе был неравнодушен к женскому полу. Настолько, что ему старались лишний раз не попадаться на глаза. При мне он уволил молодую девчонку без выходного пособия просто за то, что она отказалась совмещать обязанности секретарши с интимными услугами. Мотивировал решение тем, что ему нужны «многофункциональные сотрудники». Следующей его помощнице было лет двадцать. Когда я вступилась за нее, меня в наказание перебросили на тот злополучный объект. Самый экономный… — Мам, Виктор совсем другой и не должен отвечать за ошибки отца, - отчаянно качаю головой. - В конце концов, именно он оплатил твою операцию. Благодаря ему ты скоро снова будешь ходить… |