Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 11 – Яна Марс

Она достала из коробки кухонные весы. Батарейка, к счастью, еще не села. Отмерила муку. Не ту, что продают в красивых бумажных пакетах в московских супермаркетах, а простую, в целлофановом мешке из местного магазинчика "У дяди Васи". Просеяла её через сито, найденное в маминых запасах. Мука легла пушистой горкой, похожей на снег. Аля вдруг вспомнила, как в детстве лепила с отцом снеговика на этом самом участке.

Она добавила муки в опару и начала замешивать. Сначала ложкой, потом — руками. Тёплое, податливое тесто обволакивало пальцы. Это был гипнотический, почти терапевтический процесс. Мысли о долгах, об Илье, о неудавшейся карьере отступили, уступив место простому физическому усилию. Меси да сминай. Здесь не нужны были стратегии и презентации. Нужны только сильные руки и терпение.

Запах свежего теста, сладковатый и успокаивающий, смешивался с душистым дымком от берёзовых поленьев. Аля не заметила, как стемнело окончательно. Она подбросила дров в печь и задвинула заслонку, оставив маленькое окошко для тяги. Теперь её мир ограничивался кругом света от керосиновой лампы, которую она нашла на полке.

Заскрипела калитка. Аля вздрогнула и обернулась, инстинктивно сжимая в руке скалку.

— Это я, родная! — послышался встревоженный голос Маргариты Вениаминовны. Она шла через сад, кутаясь в халат, с термосом и фонариком в руках. — Что ты тут впотьмах делаешь? Я смотрю из окна — огонёк в летней кухне мигает. Думала, хулиганы залезли, а ты тут ночевать вздумала.

— Тесто мешаю, мам, — Аля вытерла лоб тыльной стороной ладони, оставив на коже белую полосу муки.

— Ночью? — мама подошла ближе и с недоумением посмотрела на печь и миску с тестом. — Аля, ты с ума сошла? Замерзнешь ещё! На, выпей чаю горячего.

Аля взяла термос. Тепло мгновенно разлилось по застывшим пальцам.

— У меня нет выбора. Всего 88 дней.

— Я знаю, Илья звонил, — вздохнула Маргарита. — А ты что придумала? Решила денег хлебом заработать что-ли? — В её голосе слышалась явная тревога. — Доченька, это же непросто. И где ты его продавать-то будешь? У нас тут рынок по пятницам, да и то народ скупой. И оформиться надо, а для этого помещение зарегестрировать…

— В интернете, мам. У Вики подписчиков много. Будем принимать заказы.

— В интернете? — мама покачала головой. — Хлеб по интернету... Ну, раз решила. Я тогда хоть посижу с тобой. Вдвоем не страшно.

Пока Маргарита Вениаминовна грелась у печи, Аля сформировала первый каравай. Она провела рукой по своду — печь была почти готова, жар от неё шёл ровный, сухой. Помолясь, она лопатой, найденной тут же, отправила хлеб в раскалённое нутро.

Через полчаса по саду пополз умопомрачительный аромат свежеиспечённого хлеба. Тот самый, печной, который пахнет не просто выпечкой, а дымом, летом и детством. Аля с помощью кочерги и лопаты извлекла румяный, потрескавшийся сверху каравай. Корочка выглядела многобещающе. Румяный, потрескавшийся сверху каравай лежал на противне, словно сошедший с картинки из её детства.

В этот момент зазвонил телефон — Вика, на этот раз видеозвонок.

— Ну что, шеф, показывай результат! — её лицо сияло в экране.

Аля перевела камеру на хлеб, лежащий на деревянной лавке, и на печь.

— О боже! — визг Вики чуть не оглушил. — Это идеально! Снимай мне контент! Прямо сейчас!