Книга Без тебя: Любовь вопреки, страница 9 – Яна Марс

Алиса припарковала Шкоду у забора, выключила двигатель, откинулась на сиденье и закрыла глаза. Голова гудела от недосыпа, спина затекла, а в глазах все еще мелькали огни ночной трассы.

Мишка спал на заднем сиденье, развалившись в детском кресле, приоткрыв рот и прижимая к груди динозавра. Алиса обернулась, посмотрела на него и позволила себе улыбнуться.

Она вылезла из машины, и утренний воздух ударил в лицо — свежий, пахнущий мокрой землей и цветами. У крыльца, в палисаднике, цвели пионы — огромные, темно-бордовые, тяжелые от росы. Алиса замерла, глядя на них. Бабушка всегда гордилась своими пионами.

Она толкнула калитку — та противно скрипнула, и Алиса поморщилась. Надо смазать. Хотя кого она учит? Она здесь гостья. Если вообще еще своя.

Алиса подошла к двери и замерла. Ручка была холодной, металлической. За ней — мама. Бабушка. Ее прошлая жизнь, от которой она сбежала пять лет назад, хлопнув дверью так громко, что, наверное, стекла в окнах задребезжали.

"Ты пожалеешь!”, — крикнула бабушка вслед.

Пожалела ли она? Думать о прошлом — нет, только не сейчас.

Алиса повернула ручку. Дверь была не заперта.

В прихожей пахло кофе и еще чем-то знакомым, родным — ванилью и чистым постельным бельем. Алиса прошла внутрь.

— Мам? — позвала она тихо. Голос сорвался.

Из кухни донесся шум воды, потом шаги. И в коридор вышла Вероника.

Она замерла на пороге, вытирая руки о кухонное полотенце. На ней было красивое черное платье, волосы стянуты в низкий пучок. Строгая, собранная, чуть усталая. И совершенно растерянная.

— Алиса? — голос мамы дрогнул. — Алиса, как ты…?

Алиса кивнула и вдруг поняла, что не может вымолвить ни слова. В горле стоял ком.

Вероника шагнула к ней — быстро, забыв про полотенце, оно упало на пол. Обняла — крепко, до хруста в ребрах, до боли, до слез, которые Алиса сдерживала всю ночь.

— Господи, доченька, — шептала Вероника куда-то в макушку, гладя по спине, по волосам, по плечам, как маленькую. — Алисочка... Что случилось? Почему одна? Где Мишка?

— В машине спит, — выдохнула Алиса в мамино плечо, пахнущее больницей и знакомыми с детства духами. — Мам, я...

— Потом, потом, — Вероника отстранилась, всматриваясь в ее лицо, и Алиса инстинктивно дернула головой, пряча скулу. Но мама — врач, мама все видит. Мама заметила. Ее глаза потемнели, но она ничего не сказала, только сильнее сжла Алисины плечи. — Иди умойся. Я сейчас Мишку заберу, чайник поставлю. Нужно позавтракать.

— Мам, я не голодна.

— Я не спрашиваю, — отрезала Вероника привычным тоном. — Иди.

Алиса послушно поплелась в ванную, а Вероника уже выскочила на улицу.

Когда Алиса вернулась, Мишка уже сидел на кухне, сонный, взлохмаченный, с красной полосой от кресла на щеке. Рядом стояла тарелка с кашей, которую он ковырял ложкой, и стакан молока. Вероника хлопотала у плиты.

— Бабушка Вероника, — говорил Мишка, зевая, — а у мамы день рождения был, а папа не пришел! Мы уехали. А Рекс с нами поехал!

Вероника замерла на секунду, бросила быстрый взгляд на Алису, но снова ничего не сказала. Только пододвинула к ней чашку с дымящимся кофе.

— На, пей. И про кашу не забывай.

Алиса послушно взяла чашку. Руки дрожали.

— Мам, — начала она, — я не знаю, как объяснить...

— Ничего не объясняй, — перебила Вероника тихо. — Ты здесь. Значит, так надо. А остальное... остальное потом.