Книга Без тебя: Любовь вопреки, страница 71 – Яна Марс

Вероника опустила глаза в бокал.

— Расскажи о себе, — попросил он. — О работе. О том, как ты дошла до заведующей отделением.

— Долго шла, — усмехнулась она. — Ночные дежурства, заочное обучение, диссертация по кусочкам. Но я люблю свое дело. Это единственное, что всегда было по-настоящему.

— А что еще по-настоящему?

Вероника задумалась.

— Дети, — сказала она просто. — Они выросли, конечно, но для меня они всегда будут детьми. Витя в медицинском, продолжает династию. Алиса... она уже замужем, у нее ребенок.

— Ты говорила, — кивнул Лев. — У нее сын?

— Мишка, три года. Я бабушка, представляешь?

— Представляю, — улыбнулся он. — Ты, наверное, замечательная бабушка.

— Я бы очень хотела в это верить, — она улыбнулась в ответ. — Хотя редко их вижу...

Они помолчали. За окном проплыл вертолет, на секунду зависнув над огнями.

— А ты? — спросила Вероника. — Как ты дошел до жизни такой? До всего этого? — она обвела рукой ресторан, город за окном, его самого.

Лев усмехнулся, отпил вина.

— Долго шел, — передразнил он ее. — Падал, вставал, продавал, покупал, предавал... Все как у всех.

— Не как у всех, — тихо сказала она. — Ты всегда был особенным.

— Особенным? — он покачал головой. — Я был беглецом, Вероника. Бежал от всего — от отца, от города, от себя. Думал, если добегу до Москвы, до успеха, до денег — все изменится. А изменилось только то, что бежать стало некуда.

Она смотрела на него, и в ее глазах было столько понимания, что у него перехватило дыхание.

— Знаешь, — сказала она, — я тоже бежала. От матери, от ее контроля, от ее правоты. В браке думала — вот оно, спасение. А оказалось...

— Что?

— Что нельзя убежать от себя.

Лев протянул руку через стол, накрыл ее ладонь своей. Его пальцы были теплыми, чуть шершавыми.

— Вероника, — начал он. — Я хочу тебе кое-что сказать. Не знаю, имею ли право. Но молчать больше не могу.

Она замерла, чувствуя, как сердце пропускает удар.

— Когда я уехал тогда…, — голос его дрогнул. — Я не просто уехал. Я сдался. Твоя мать пришла ко мне и сказала, что у тебя все будет хорошо с Константином. Что я — только помеха. И я поверил.

Вероника закрыла глаза. Перед внутренним взором встало лицо матери — жесткое, непреклонное.

Она подняла на него глаза.

— Ты пришла ко мне, — продолжил Лев. — В тот день. Ты пыталась объяснить. А я... я не стал слушать. Я был в ярости, я чувствовал себя преданным, униженным. И я вышвырнул тебя. Своими руками.

— Я.., — начала она.

— Я знаю, Вероника. Но я поверил ей. Поверил, что я для тебя — просто объект жалости. Что ты смотришь на меня как на неудачника, которого надо пожалеть и отпустить.

— Лев...

— Дай договорить. Я двадцать лет молчал. Я жил в Москве, делал карьеру, женился на Соне. Мы родиди детей, которые выросли совсем чужими. Но каждую ночь я просыпался и думал о том, как я предал себя. Как позволил чужой женщине решить за меня мою жизнь. Как поверил, что не достоин тебя.

Он сжал ее руку сильнее.

— Я чувствовал себя преданным. Преданным твоей матерью, обстоятельствами, собой. Я злился на себя, и на тебя — глупо, да?

— Не глупо, — тихо сказала Вероника. — Если бы я была посмелее… Но мама заставила меня поверить.

— Во что?

— Что я была для тебя просто эпизодом. Что по-настоящему счастлив ты будешь только в Москве.