Книга Завоюй мое сердце, страница 11 – Юлия Крымова

Серо-зеленая Юлька заваливается почти на такого же цвета кушетку и блаженно прикрывает глаза.

— Полежу у тебя, а то в процедурке Валюша меня уже нашла.

Валентина Егоровна, она же Валюша или Мегеровна, — честь и совесть нашей больницы. Заместитель главврача. Никого терпеть не может, а Юляшу в особенности. Кажется, она невзлюбила ее буквально с первого дня.

— Можешь вместо сказки рассказать, куда вчера пропала? Я так-то почти обиделась. Смылась втихаря. Ни здрасьте, ни до свидания.

— Да куда я могла пропасть? — откашливаюсь. — Устала, Юль, и домой пошла.

— А Витка говорит, видела вас на балконе с Эдика знакомым. Лешей, кажется.

Боже! Как хорошо, что Мырзина сейчас не в состоянии раскрыть глаза. Конечно же, она бы все поняла по моим краснющим щекам.

Меня топит то ли стыд, то ли жар, едва вспоминаю как было на самом деле. Гостиничный номер. Темнота. Скрип кровати. Рваные вдохи и стоны. Нарастающая пульсация и влага между ног.

Трясу головой отгоняя неуместные воспоминания. С силой свожу колени под столом.

— Да постояли немного и все.

— Ааа, я уже понадеялась. Думала, если с ним ушла — так и быть, прощу. Эх, Минакова, наверное, увела. Видела тоже крутилась возле него. А малая моя расстроилась. Хоть сколько говори, что по внешности мужика выбирать — последнее дело, не слушает ведь.

Черт! Почему врать так паршиво? Мне хочется провалиться сквозь землю и сгореть там в адском котле.

Оказывается, Вита расстроилась по моей вине. Она, конечно, влюбчивая. Но вдруг этот Леша ей и правда понравился?

— Простите. Занято, да? — в кабинет заглядывает кто-то из пациентов.

Хочется ответить «нет» и проработать без обеда хоть до вечера, лишь бы Юлька перестала пытать. Она уже перевернулась на бок и сканирует меня своими зелеными глазищами. Прищуривается, словно следователь на допросе что вот-вот выбьет чистосердечное, а потом выдает:

— А ты чего стрелки накрасила? Или мне кажется?

— Криво, да? — играю глазами, только сейчас про них вспоминая.

— Да нормально. Но с чего вдруг?

Я перестала краситься незадолго до Андрюшиных похорон.

Водостойкая тушь попросту не справлялась с потоком моих слез. А потом… Да что потом? Я и сейчас плачу постоянно, когда никто не видит.

— Да случайно нашла карандаш и решила проверить, не засохли еще.

— Аааа, ну ладно, — понимающе кивает Мырзина — Придешь сегодня? Там еды осталось, хоть свадьбу гуляй.

— Спасибо, Юляш, но вряд ли. Отсыпаться буду.

— Ань, ну какой отсыпаться? Пенсия тебе на что? Мы вообще в четыре утра только разошлись, а в восемь я уже на работу бежала. Мегеровна, сучка, как специально на крылечке дежурила. «Опаздываете, Юлия Олеговна, — говорит. А я всего-то на десять минут. Пусть скажет спасибо, что вообще пришла.

Юлька мостится на кушетке в поисках удобной позы, а я молчу.

Что отвечать? Наверное, в каждом коллективе есть своя Валентина Егоровна. Без таких бы все прахом пошло. Потому как без контроля никуда. Хоть мы все и не любим, когда контролируют именно нас. Но часть больницы и правда приходила бы на работу только к обеду.

— Юляш, у меня там пациентов полный коридор, — вежливо намекаю.

— Ладно-ладно. Лечи. А я в процедурку вернусь. Валюша там, наверно, уже искать не будет. Чаёк поставить? Я бутеры принесла со вчерашнего стола и канапе с рыбкой. Заходи, пока девки не растаскали. Или я тебе спрячу в холодильнике.