Книга Как не влюбиться в спасателя, страница 67 – Тори Мэй

Безошибочно определяю всплески от весел, а затем замечаю огоньки. Два еле заметных луча, как от карманных фонариков.

Прижимаюсь к земле плотнее и навожу оптику: на фоне воды показывается темная лодка с накрытым тентами грузом поверх.

Разбираю два силуэта. Один спрыгивает у носа, второй за корму толкает лодку к берегу.

Двое. Это слишком просто. При количестве затраченных на поимку сил, здесь должна работать целая группировка.

Я оказываюсь прав: один из силуэтов поднимает фонарик и трижды коротко моргает в лес — это условный сигнал.

Ему отвечают.

Всё, пошло. Это они.

Не дыша тянусь к кнопке на наушнике-рации и одним коротким нажатием отправляю сигнал на базу. Нам важно проследить весь путь груза и успеть перехватить как можно больше соучастников.

Если сработать четко и не спугнуть их, то наши накроют серьезную группировку и заработают пару звездочек на погоны. А я — спокойную жизнь.

Слышу приближающиеся шаги — берцы вибрируют по земле. Явились, родненькие! Еще трое.

В наушниках трещит: «Видим их, берем на прицел, стягиваем группу. Лежи тихо!»

— Сюда, — кричат с берега. — Разгружай!

Среди их переговоров разбираю и новый звук — тарахтение подвесного мотора разносится по глади воды.

— Э, это что за хвост? — возмущается кто-то, и я быстро прикладываю бинокль.

К берегу подходит еще одна лодка. Та самая, светлая. И, к своему сожалению, я ее узнаю. Старая двухместная дура, на которой дед Игнат иногда выходит в море закинуть свою старую удочку с катушкой.

Это он. Только он мог сейчас сунуться сюда без спроса.

— А ну, пошли вон с острова! — раздается прокуренный голос деда Игната.

Я смотрю через оптику и вижу, как он встает в полный рост на своей шлюпке и трясет веслом.

— Бляха, — выдыхаю почти беззвучно и давлю кнопку рации два раза подряд. — Нарушение периметра. Местный.

В ответ в ухо:

— Подтвердить. Ты уверен?

— Да, это смотритель маяка. Один.

И это полная задница. Потому что он лезет прямо в пекло, где контрабандисты уже разгружают ящики. И если не вмешаться — дед может поплатиться жизнью.

Смотрю на силуэт Игната, к которому приближаются двое вооруженных контрабандистов, явно не ожидавших засады.

— Ты чё, дед, нюх потерял? — рычит один из преступников, сжимая в руке автомат.

— Я вас, паскуд, давно заприметил! — огрызается дед. — Проваливайте, пока живы!

— Убери свидетеля, болтает много, — кидает кто-то с берега, и я отчетливо слышу звук затвора.

В ухе стрекочет:

— Титов! Не вмешиваться, не то спугнем раньше времени! Отслеживаем путь до их базы.

Твою ж мать!

Если выскочу — спалю позицию, и операция накроется. Не выскочу — на моих глазах убьют старика.

— Подтверди, Слава!

Вместо ответа срываю с себя наушник.

Я точно не собираюсь сидеть в засаде, наблюдая, как Игната прикончат. Тело сжимается тугой пружиной, и с той же силой разжимается, выбрасывая меня вперед.

С треском ломая ветки, бегу к берегу, и, перепрыгнув через корягу, вылетаю на песок.

— Брось оружие! — ору на бегу и тараном врезаюсь в того, кто целился в деда.

Валю его в воду прямо у носа лодки Игната, а вдогонку прилетает мой кулак.

Второй замахивается прикладом, но я успеваю развернуться и ударить его коленом в живот. Работаю на чистом эффекте неожиданности.

— Шухер! Засада! — орёт кто-то сзади, а следом я слышу выстрел — просвистело прямо над ухом.