Книга Тот, кто нарушает, страница 121 – Стефани Альвес

Я держусь — из последних сил — продолжая вбиваться в нее, пока ее накрывает оргазм.

Она обессилена, голова откинута назад, губы приоткрыты, она все еще тихо всхлипывает.

Я сжимаю ее бедра еще крепче, вбиваясь так глубоко, как только могу. Я знаю, что она выжата, но не останавливаюсь. Я кладу руку ей на горло, заставляя ее смотреть на меня, и снова толкаюсь в нее.

— Я без презерватива, — предупреждаю я, видя, как ее зрачки расширяются еще сильнее, как дрожат ее губы. Я, блять, даже не подумал об этом. Просто так сильно ее хотел.

У нее перехватывает дыхание, в глазах мелькает смесь шока, возбуждения и желания.

— Я пью таблетки, — шепчет она, и мой член дергается внутри нее так сильно, что я чуть не кончаю в ту же секунду.

— Иисусе, — рычу я. — Хочешь, чтобы я заполнил тебя? Хочешь, чтобы я вбил свою сперму так глубоко, чтобы ты чувствовала ее завтра, через неделю, каждый раз, когда садишься?

Она всхлипывает, ее бедра дрожат, сжимая меня. Ей это нравится. Она в восторге. Я чувствую это по тому, как она подается бедрами мне навстречу, как ее руки скользят по моей спине, будто она не может прижаться достаточно близко.

— Скажи мне, — рычу я, снова врезаясь в нее. — Скажи, как сильно ты этого хочешь.

— Хочу, — задыхается она. — Хочу, чтобы ты кончил в меня, Райан. Заполни меня. Сделай своей…

Мой контроль срывается, и я толкаюсь вверх сильно, в последний раз, погружаясь так глубоко, как только могу, когда кончаю со стоном, ее имя срывается с губ. Мой член пульсирует, изливая горячие, густые струи спермы в нее, и она вскрикивает от ощущения, ее киска все еще трепещет вокруг меня, выжимая каждую каплю.

Я прижимаю ее к себе, в тишине слышны только наше тяжелое дыхание и плеск воды. Она прижимается лбом к моему лбу, взгляд затуманен, губы едва касаются моих.

— Блять, — шепчу я.

Она смеется и снова двигает бедрами в мои, будто хочет затолкать мою сперму глубже, удержать внутри. И, черт возьми, мой член дергается, уже готовый ко второму раунду.

— Я ТАК И ЗНАЛ!

Голос Остина разрезает воздух, и мы замираем.

Я инстинктивно прижимаю ее к себе еще крепче, пряча ее лицо у себя на груди, пытаясь закрыть своим телом, хотя уже поздно, и мы оба это знаем. Сердце колотится так громко, что заглушает все вокруг.

Блять. Блять. Блять.

Мы в джакузи. Я все еще внутри нее. Скрывать нечего. Нечего отрицать. Мы не сможем сделать вид, что это «невинно».

И Остин видит все.

— Пошел нахуй отсюда! — рявкаю я, метая в него яростный взгляд.

Он усмехается, качая головой, и выходит на свет.

— Ну вы и хитрые сволочи. И давно это у вас?

Я не отвечаю. Мои руки крепко держат Изабеллу, ее голая кожа обжигает мою. Она прижалась лицом к моей шее, будто хочет исчезнуть.

— Не твое собачье дело.

Он фыркает, скрестив руки на груди.

— Я же говорил тебе не лезть туда, Райан. С самого первого дня.

— Да, я это, блять, усвоил. Спасибо за заботу. — Я заставляю себя сглотнуть, встречая его взгляд. Черт. Совсем не так я хотел «попасться». — Пожалуйста, не говори никому.

Остин ухмыляется, наклоняя голову.

— Хм-м, — тянет он, переводя взгляд с меня на нее. — Даже не знаю. А что мне за это будет?

Я чувствую, как во мне вспыхивает ярость.

— Остин…

Его улыбка становится еще шире, он делает шаг ближе.

— Можно мне к вам?