Книга Няня для олигарха, страница 115 – Элен Блио

Весь вечер за столом, пока мы едим, пьем, танцуем, потом укладываем детей, возвращаемся в зал, где вспоминают уроки аргентинского танго наши бабушка и дедушка, и снова кружимся вместе, улыбаемся друг другу, весь вечер сердце моё поёт. И всю ночь. Пока он занимается со мной любовью, кажется, еще нежнее чем всегда, и шепчет, и шепчет на ухо: «люблю, люблю, люблю»…

А утром моё сердце разбивается.

Волшебство заканчивается.

И я… я смотрю на спящего Ивана и думаю — он сказал это, потому что решил — так надо. Надо сказать о любви. Просто, чтобы я успокоилась и не думала ни о чём.

Он сказал это, чтобы сделать меня счастливой.

Но это не значит, что он сказал правду.

Я не верю. Так не бывает.

За что ему меня любить?

За то, что я люблю его?

Если бы всё было так просто.

Увы, это так не работает. Все по-другому.

Чтобы он меня полюбил, я должна была бы быть другой, необыкновенной, нереальной. Самой красивой, самой умной, мудрой — потому что ум и мудрость, увы, не одно и тоже. Женщина, которую Иван мог бы полюбить должна быть стильной, элегантной, изящной, воспитанной, не такой разгильдяйкой как я, не такой простушкой. Не той, которая лепит правду-матку и лезет в споры.

Такая женщина не стала бы ругаться на ресепшн с тупой администраторшей, к ней сразу бы летел директор или кто там главный, заискивающе улыбался и решал бы все проблемы.

Такую женщину не обсуждали бы в туалете насмехаясь, разве что с придыханием.

К такой никто не посмел бы обратиться с предложением о фиктивном браке.

Боже, Маруся, ну какая ты дура!

Вернее — слишком умная. Горе от ума!

Другая бы забила на все эти заморочки. Сказал — люблю, значит люблю, а я…

Начинаю копаться в себе, в нём, в отношениях.

Ну, я же вижу, что когда любят — всё не так! Вон… Дмитрий Олегович мою бабушку любит. Реально. Он и смотрит на неё иначе!

А Иван… Он на меня вообще не смотрит. Никак. Ну, когда разговариваем — да, когда с детьми занимаемся, в постели.

А так… чтобы просто сидел и смотрел… Исподтишка. Когда я не вижу.

Мне так хочется, чтобы он смотрел!

Обнимал. Гладил меня по руке, по щеке, зарывался в волосы, шептал бы нежности, реально приглашал на свидания, чтобы это было романтично.

А не для того, чтобы не подумали, что наши отношения — фейк.

Встаю тихонько, хочется уйти к себе, полежать в одиночестве. Но кто-то тянет меня за руку.

— Марусь, ты куда?

— Я… я… — у меня даже не хватает смелости сказать, что не так!

Потому что он ведь в любви признался? Как я ему скажу, что я не верю?

— Просто, хотела попить воды.

— Лежи, я принесу.

— Нет, не надо, ты что?

— А что такое? — меня притягивают обратно в объятия. — Я не могу принести любимой женщине воды? Или ты хочешь сок.

У меня ком в горле, и в груди так сильно болит, я не могу, просто не могу!

Пытаюсь, зарыться головой в подушку, только бы не заплакать.

Очень больно.

Он никогда не будет любить меня как её. Никогда!

А я не смогу вот так.

Не смогу быть просто женой.

Я хочу быть любимой. Очень сильно любимой. Единственной.

— Марусь, всё в порядке?

Пытаюсь сделать вдох, ответить, получается какое-то очень задушенное «да».

Господи, умоляю, не трогай меня! Сейчас, не трогай! Не трогай! Пожалуйста! Просто уйди!

— Я принесу воды. Или ты хочешь еще что-то?

Качаю головой.

Хочу, чтобы ты ушёл, пожалуйста, пожалуйста!