Книга Золушка XXL для отца-одиночки, страница 11 – Ксения Маршал

— А вы им на что? — отшатываюсь, теряясь от чужой наглости.

Да и для расстроенных детей родной отец явно предпочтительнее чужой тети. Вон они как в Демида цепляются. И орут-орут-орут. Я хоть и привычная, но даже у меня уши в трубочку сворачиваются.

— А я им на безопасность, материальное обеспечение и яркий досуг. Подтирать сопли — женская работа, — умудряется сквозь старательный вой близнецов прочеканить Хрусталев.

А те вдобавок сцепились взглядами и ревут. Стараются, кто громче, устроив негласное соревнование. Зависаю ненадолго. Шестеренки в мозгу скрипят и буксуют, пытаясь постичь чужую логику. А потом вдруг на меня снисходит озарение.

— Вы что, своих детей успокаивать не умеете? — округляю глаза.

Ладно бы близнецам было по паре месяцев, такое понять еще можно. Но за три года не научиться управляться со своими отпрысками? Тут, знаете ли, Хрусталев превзошел самого себя. Значит, пытать несчастных он со своими детьми может, а приласкать малышей — нет.

— Я много что могу, Пчелкина, — раздраженно и с долей высокомерия. — Но прямо сейчас им требуется нежность и ласка. Поэтому прояви заложенные в тебе природой качества и исправь ситуацию, — мне в руки суют двух горячих в буквальном смысле парней.

Вой оглушает с новой силой, раскрасневшиеся личики синхронно утыкаются носиками с двух сторон мне в шею. Пачкают чем-то мокрым, зато звук приятно приглушается, что приносит облегчение.

— Ш-ш-ш, все в порядке, малыши, — шиплю успокаивающе. Хорошо бы еще их по спинкам в этот момент поглаживать, но как это делать сразу с двумя — вопрос. Поэтому просто покачиваю крох. Это движение у меня отработано до автоматизма. Пару раз я даже ловила себя на том, что качаю тележку с продуктами в магазине вместо детской коляски. Со стороны, наверное, забавно выглядело. Вот только сейчас мне совсем не до шуток. — Папа просто испугался за вас, он не сердится, — объясняю. Вообще, детей довольно легко отвлечь, чем я и пользуюсь: — Кстати, я недавно одну передачу смотрела про капибар. Там, конечно, никого не шантажировали, но тоже интересно. Вы знали, что капибары катают на спине всяких птиц. А еще у них есть свой язык. Для общения они используют свист, лай и стук зубов. Давайте, говорить как капибары? — дети, вцепившись мне в шею, затихают.

Их уже приличный вес, помноженный на два, оттягивает руки. Но я держусь. Не хочется все испортить и получить новый виток истерики.

— Я только пло плеступников пеледачи люблю, — подумав, сообщает один из близнецов.

— А я швистеть не умею, — расстроенно сообщает второй.

М-да, с капибарами у нас не задалось. А я думала, все дети их сейчас любят. Видимо, у Хрусталева какие-то неправильные малыши. Точнее — воспитание, полученное от отца, слишком далеко от нормального.

— Так пусть вас папа научит, — предлагаю. — Он-то наверняка свистеть умеет.

«Соловей-разбойник» — добавляю мысленно.

— Пап, швистни! — отлипают от моей шеи мальчишки.

— Я вам что, клоун? — Демид возмущенно смотрит на меня. Хотя предложение от его малышей поступило!

— А вам что, трудно сыновьям приятное сделать? — я улыбаюсь, чтобы не напугать близнецов. Но голос все равно звучит как шипение.

Хрусталев поджимает губы.

— Должна будешь, Пчелкина, — бросает надменно.

А потом как-то хитро вставляет пальцы в рот и издает звук такой громкости, что стекла и зеркала едва не трясутся. Во всяком случае недавний рев близнецов в сравнении кажется безобидным шепотом.