Книга В его плену. Моя ошибка, страница 17 – Анна Осокина

«Избавься от Миши, или все узнают о том, что твоя сестра — убийца», — вот что на самом деле означала его последняя реплика.

Миша молчал и не двигался. Его руки все еще дотрагивались до моих плеч. Мои опущенные ладони стали мелко подрагивать. Это было просто нечестно! Нечестно со стороны Саши так поступать. Я стояла, глядя на закрывшуюся дверь, и медленно умирала внутри, осознавая, что именно должна сейчас сказать любимому мужчине.

— На-а-асть, — выглянула из комнаты Лена. — Ой, Миша, привет, — смутилась она. — Не знала, что ты приехал.

— Привет, — Миша, обычно улыбчивый и очень вежливый, всегда мило болтавший с моей младшей, сейчас еле выдавил это из себя. Я слышала это по его напряженному тону. — Я уже скоро уезжаю.

— А кто приходил? Саша? — сестра тоже напряженно смотрела на меня.

Я просто не смогла больше выносить этого электрического напряжения вокруг. Сбросила с себя руки Миши и пошла в ванну. Нужно было умыться, чтобы привести мысли в порядок.

— Да, Ленок, пожалуйста, давай поговорим чуть позже, — умоляюще глянула на нее. — Все хорошо, не беспокойся.

— Ладно, — Лена натянуто улыбнулась. — Я побуду в комнате.

Я была рада, что хоть одну проблему можно ненадолго отложить. Сестра поняла, что сейчас мне не до нее. Она вообще у меня очень проницательная, когда в нормальном состоянии. Я хотела закрыть за собой дверь, но Миша не дал этого сделать.

— Мне нужно умыться, — посмотрела на парня.

— Умывайся, — сухо сказал он. — Раньше я тебя никогда своим присутствием не смущал.

Действительно, из-за того что мы ценили каждую минуту, проведенную рядом, часто даже зубы вместе чистить ходили. Над этим смеялась Мишина мама, когда мы ночевали в доме его родителей.

— Миш, пожалуйста… — взмолилась я.

— Жду на кухне, — бросил он и оставил меня в относительно одиночестве.

Я заперлась в маленькой ванной. Вчера это был островок радости, романтики, безопасности и любви. Сегодня все резко поменялось. Я включила холодную воду и, набрав ее в ладони, опустила туда лицо. Повторила это несколько раз и только потом посмотрела на себя в небольшое зеркало в дешевой пластиковой оправе.

На меня глядели два больших серых глаза. Потрясенные. Я была бледна, и даже ледяная вода не смогла вызвать румянец на щеках. Светлые волосы, казалось, только усиливали почти мертвенную белизну кожи. Желудок снова схватило от волнения.

— Господи, помоги мне… — прошептала своему отражению, наскоро почистила зубы и вышла.

Миша уже успел убрать нашу постель из кухни и поставить на место мебель. Закипал чайник. Рядом с ним стояло три чашки. Миша собирался приготовить чай и для Лены. Он всегда был заботливым.

Тугой узел образовался у меня в районе солнечного сплетения. Из-за него я даже вдохнуть нормально не могла.

Без двадцати двенадцать на часах. Я сглотнула.

Миша залил кипятком чайные пакетики и только тогда обернулся ко мне.

— Какую проблему ты должна решить, Настя?

Не Настенька, не милая, не малышка. Мое обычное имя. Он меня так никогда не называл. Боже. Боже…

— И кому на самом деле вчера ты думала, что открывала дверь?

Я знала, к чему он ведет. Он думает, что я с Сашей… Прикрыла глаза, чтобы не выдать смятения, в которое он меня поверг. Неужели он действительно считает, что я могла бы? Могла бы… после того, что между нами происходило? Могла бы, оставив Мише часть своей души, отдав ему сердце, быть с другим?