Книга ( Не ) вспоминай меня, страница 60 – Екатерина Котлярова

— Больше не бери меня на руки, — говорю сипло. — Тебе нельзя поднимать тяжести.

— Ты легче пушинки.

— Не переворачивай, — говорю строго.

Наш разговор прерывает звонок сотового телефона. Я тут же чувствую, что что-то случилось. Волна паники и страха накрывает с головой. Я бегу на кухню, хватаю телефон. Наш лечащий врач.

— Александра, Владу стало хуже. Мы перевели его в реанимацию.

Роман

Я успеваю поймать рухнувшую в обморок Сашу только чудом. Я услышал, что ей сказали. Наверное, только поэтому успел среагировать. Держа девушку одной рукой, перехватываю трубку.

— Это Роман. Что случилось?

Доктор что-то говорит, но у меня всё шумит в ушах. Не понимаю ни слова. Только одно — сын в реанимации.

— Что нужно делать? Как помочь?

— Нужна срочная пересадка. Донора ещё нет.

Я скриплю зубами. От отчаяния хочется выть.

Бросаю трубку на стол, Саша сползает у меня по руке на пол. Пытаюсь привести её в чувство. Когда она распахивает глаза, я готовлюсь к тому, что она расплачется. Но она поджимает губы и твёрдо говорит:

— Нужно звонить Мирону. Прямо сейчас. Он обещал, что сдаст анализы. Если он не подойдёт, силой потащу эту суку в больницу! Покалечу, если понадобится, но спасу сына.

Я сразу понимаю, что она говорит про мать. Киваю. Тяну ей телефон. Саша подскакивает на ноги и, нервно расхаживая по кухне, звонит Мирону.

— Привет. Влад в реанимации. Приедешь в больницу? Спасибо.

Мы не разговариваем. Одеваемся в трещащей от отчаяния тишине, спускаемся на парковку и едем в больницу. К Владу нас не пускают. Только позволяют смотреть сквозь стекло.

Саша горестно воет, сжимая в руках белый халат и вжимаясь в меня всем телом. Я леденею душой. Молю Бога, чтобы помог. Чтобы спас. Врач говорит ехать домой, но Саша отказывается.

— Нет. Я буду спать в коридоре, но не уеду. Нет. Не могу. Я должна быть рядом. Хоть так.

Мужчина сверлит нас некоторое время взглядом.

— Хорошо. Пока поживёте в палате Влада. Но это временно и неправильно.

Саша кивает головой, соглашаясь на всё. Дальше всё смешивается. Приезжает Мирон. Сдаёт кровь. Нам говорят, что обычно ждут результатов две-четыре недели, но в нашем случае постараются ускорить процесс.

В бесконечно долгом ожидании проходит неделя. Состояние Влада немного улучшается, но нас к нему не пускают. Саша похудела невероятно сильно. Под глазами залегли круги, щёки впали.

Несмотря на то, что Калинин предлагал нам обоим взять отпуск, мы решили ходить на работу. Чтобы отвлекаться. Чтобы время не тянулось так мучительно долго в ожидании.

Но каждый чёртов звонок, каждое сообщение заставляет вздрагивать и замирать от ужаса. Домой мы почти не попадали. Только постираться и сменить одежду.

Мы почти не разговариваем. Нет сил. Нет эмоций. Я только молчаливо обнимаю своего хрупкого Воробушка, боясь представить, что испытывает она.

После работы мы заезжаем домой, чтобы переодеться. Саша что-то ищет в шкафах, нервно хлопая ящиками.

— Что ты ищешь? — подхожу вплотную, накрываю дрожащие руки.

— Его любимый костюм. Я его забирала. Я брала его, когда уходила от матери.

— Точно?

— Не помню, — трёт глаза ладонями.

— Не нужно волноваться, — обхватываю её нежное лицо ладонями. — Ключи от дома остались?

— Да.

— Съездим тогда.

— Я могу не вернуться. Она что угодно может сделать.