Книга Измена. Право на ошибку, страница 26 – Диана Ярина

Готов, еще как готов, потому что должен раскрутить ее на откровения.

Отужинав, мы выходим погулять, плавно перевожу тему на отца, благо он подыгрывает мне: звонит для того, чтобы наорать на меня! Он делает это напоказ, а я демонстрирую, как испортилось мое настроение.

Лера считывает это, как сигнал, и возмущается напоказ:

— Послушай, так дальше продолжаться не может. Ты — сын ему, а не раб! Неужели ты не хочешь ему отомстить.

— Хочу, но как? Ты говорила, у тебя есть идея.

— Есть, — загадочно улыбается она.

Она раскрывает сумочку и показывает мне маленький пакетик с белым порошком.

— За такое загребут, даже если сам не употреблял. Если подкинуть твоему папочке наркотики и сдать его ментам, он не отмоется. Никогда!

— Это сработает? — сомневаюсь. — А не маловато ли?

— Если ты готов вложиться, то я попрошу, достанут больше. Так, чтобы это было наверняка.

— Достань.

— Встретимся в это же время, — говорит она. — Хватит ли у тебя решимости.

— Хватит. Этот тиран меня задрал!

Лера кивает, глаза блестят — она уже празднует победу.

На следующий день все идет по плану. Точнее, по нашему с отцом плану. Лера приходит, сует мне в руку пакетик, он более увесистый, и...

Все происходит мгновенно.

— Полиция! Руки за голову!

Будто из ниоткуда, появляются полицейские, хватают ее. Лера орет, вырывается, но все бесполезно. Ее держат крепко.

— Это не мое! Это он! Это его наркотики!

Гадина тычет пальцем в меня.

— Ты так и не поняла? Все разговоры записывались. Вся наша переписка тоже!

Лера бледнеет.

— Ты... — она смотрит на меня с ненавистью. — Подлец! У тебя был шанс поквитаться с гнилой семьей, а ты… Ты так и будешь всю жизнь у них на побегушках! Ты просто ничтожество! Червяк…

— Зато ты, красотка, скоро будешь посещать салон красоты только в своих мечтах.

Леру арестовали: она попалась в свою же ловушку Прав был отец: он дал ей возможность жить мирно, вдалеке от города, полного соблазнов, но она никак не могла пережить свое поражение и сама вызвалась на то, чтобы ее поставили на место.

Когда ее уводят в наручниках, я чувствую глобальное облегчение. Отец говорил, что я не виноват в развале семьи, но у меня все равно на душе будто кошки скребли, и только сейчас я по-настоящему вздохнул с облегчением.

Вечером я еду к родителям на ужин. Атмосфера праздничная. Отец обнимает меня, крепко, по-мужски.

— Молодец, — говорит он.

Мама в небольшом шоке: она не знала о готовящейся, так сказать, операции. Журит отца за то, что тот продолжает вести свои подковерные игры, с тревогой смотрит на меня, а второй рукой поглаживает живот, где живет малыш — будущий брат или сестра.

— Мы не хотели тебя волновать напрасно, мам. Все закончилось благополучно. Лера получит свое.

А я...

Я наконец-то свободен от дурацкой влюбленности в девушку, оказавшуюся корыстной шалавой, от чувства вины. Кажется, у меня получилось искупить ее. Я больше не оглядываюсь назад и готов строить новую жизнь, получив свои уроки: доверять только близким, более внимательно выбирать ту, с которой собираешься строить серьезные отношения.

Моим родителям повезло: они выбрали друг друга много лет назад и сумели пронести свои чувства через годы и серьезные испытания.

Когда мне впервые положили ее на грудь, время словно остановилось. Долгие часы схваток, боль, крики — все это растворилось в одно мгновение. Она — крошечная, розовощекая, с темными ресницами, как у моего мужа.