Онлайн книга «Развод. Ты не уйдешь»
|
Душой прикипела к Глебу. Душа не на месте. И сколько бы я себя ни убеждала, что квартира мамы — наш дом, каждое утро, открыв глаза, первым делом я думаю о том, что мы снова не у нас дома. Будто ночной сон волшебным образом мог что-то исправить. — Не спеши, разбирайся, сколько потребуется, — великодушно разрешает Иван, накрыв мои руки своими ладонями. — Я понимаю, ты не из тех, кто с легкостью бросается в объятия других мужчин. * * * Когда переступаю порог квартиры, дети уже спят. Мне должно быть стыдно, что не я их спать уложила. Но стыда нет… Я была рада вырваться из круга забот, сомнений. Мама встречает меня с удивлением и, посмотрев на букет, решила, что цветы от Глеба. — Мама, я не сбегала на свидание с Глебом, если ты об этом. — Тогда от кого цветы? — Просто знакомый подарил немного теплой весны. — Немного теплой весны… — ворчит и сама застывает, любуясь большой охапкой цветов. * * * Есть одно важное событие, которое никак нельзя пропустить. Это оглашение завещания свекра. Прошел положенный срок, нотариус обзвонил всех, кто был упомянут в завещании, и пригласил на оглашение. Мне звонит Глеб, предлагает поехать вместе. Я бы взяла такси, но ехать слишком далеко, не хочу тратить деньги. Так уж и быть, потерплю общество почти бывшего мужа. Да, я подала на развод, он не согласился. Честно говоря, я и не ждала иного, ничуть не расстроилась. Следующий шаг — суд. Адвокат, которого мне посоветовал Иван, уже готовит заявление… Наше общение с Глебом в последнее время безумно тяжелое, вымученное, сложное. Будто весь груз и негатив прожитых вместе лет осел на самое дно илом, и мы в нем тонем, захлебываемся… Не могу выносить пронзительные, пристальные взгляды Глеба, а он словно теряет дар речи в моем присутствии. Казалось, хочет что-то сказать, но молчит, и мы перебрасываемся ничего не значащими фразами… Он приезжает немного раньше и поднимается в квартиру, чтобы отдать детям подарки. Они рады ему… Я боялась, что дети будут долго в страхе и обиде на отца, но, слава богу, этого не произошло. Глеб — хороший отец, внимательный, я вижу, как он переживает. По-настоящему переживает, что тогда вышел из себя, напугал их… Они уже и думать забыли, но он помнит. Помнит каждый свой прокол, ошибку. Помнит и ест себя чувством вины, укором. Тяжкая ноша — быть совестливым и неравнодушным родителем. Мы с ним — как раз из числа таких. — Папа, когда ты нас заберешь? Тамара утыкается лицом в грудь Глебу, стискивает его изо всех сил. — Домой хочешь? — голос чуть дрогнул. — Давай у мамы спросим, может быть, отпустит тебя… погостить дома? Глеб смотрит поверх головы Тамары, и вдруг его взгляд меняется. Он из коридора замечает большую вазу с распустившимися тюльпанами. — Мама, я хочу к папе с ночевкой! — мгновенно требует Тамара. — Мы с мамой это обсудим сегодня, — обещает Глеб. * * * Пока едем к нотариусу, Глеб ни слова не выронил, только смотрит на меня долгим, задумчивым взглядом, потом неожиданно перестраивается в крайний правый ряд и тормозит на обочине. — В чем дело? Он бросает на меня хмурый взгляд. Глеба словно прорывает словами: — В чем дело? Ты мне скажи. Цветы. От кого? Тюльпаны. Любимые твои. У тебя кто-то появился? Кто? Как давно?! Он в курсе, что у тебя двое… нет, уже скоро трое… Трое детей от меня! Я не позволю ему украсть мою семью. Не позволю какому-то левому мужику быть… даже на секунду… моей заменой! Слышишь?! — повышает голос, охрипнув. — Почему ты молчишь?! Скажи мне хоть что-нибудь, Оля! |