Книга Развод. Без оглядки на прошлое, страница 19 – Диана Ярина

Захар.

Собственной персоной.

В нашей супружеской спальне.

Сидит у меня в ногах и пялится на меня так, словно видит впервые.

А я — на него.

Потому что он здесь.

В нашей спальне.

Рядом… со мной.

Как он меня обозвал, старуха-жена. Я — старуха? Посмотрел бы на себя сейчас… В комнате темно, плотно задернуты шторы, и лицо мужа выглядит серым, постаревшим.

Но глаза… Глаза разглядывают меня с интересом, скользят от груди до талии, потом перепрыгивают через часть тела, скрытую одеялом, и цепляются за мои ступни.

Он здесь.

После того, как ушел к другой.

Зачем приперся сюда?

Еще и так нагло…

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.

Голос после сна и вчерашних рыданий осипший, как у простуженной.

Взгляд мужа снова беззастенчиво липнет к моей груди.

— Не припомню, чтобы ты при мне спала голой, — отзывает он тоже немного хрипло.

Взгляд нахала спускается на уровень талии и замирает там с интересом, в котором явно читается вопрос: есть ли на мне трусы?

Я запоздала поднимаю одеяло к груди, прижав его.

— Какого черта, Захар? Что ты здесь делаешь?

— Разве это неясно?

— Что?!

— Тебя проверяю, — смотрит мне в лицо. — Я тебе писал, звонил. Ты не ответила. Вот я и решил…

— Ты решил, что проникнуть в дом к бывшей — это отличная идея? Вскрыть замки, забраться без спроса? Войти без стука и сидеть как ни в чем не бывало?! Это, по-твоему, нормально?!

Еще немного, и я перейду на крик.

Зато проснулась, что называется.

Сна ни в одном глазу теперь.

— Убирайся.

— Полегче, Нина. Полегче… Во-первых… Пока мы не разведены, ты еще не моя бывшая, а жена. Смирись. Во-вторых… я не вскрывал замки, у меня есть свои ключи.

— И ты больше не сможешь ими воспользоваться. Я сегодня же сменю замки! И не смей… — шиплю. — Не смей говорить, что я здесь — не хозяйка. Если сыночек бессовестно хочет выгнать мать из этого дома… Пусть сделает это сам. Придет вот сюда… своими ногами… Посмотрит мне в глаза и скажет: «Мама, пошла вон из моего дома! Я буду жить здесь со своей семьей, а тебе здесь больше нет места!»

— Что ты…

— Я еще не закончила. Пусть возьмет и скажет это сам. Своим языком! А не подсылает ко мне свою жену-гадюку, которая за сладостью речей прячет яд…

— Я не понимаю, — хмурится. — Ты… пила…. что ли? Я видел на кухне бутылки…

Захар подается вперед и пытается принюхаться, я резко встаю, но одеяло остается на кровати, прижатое массивным телом Захара.

Так что я снова без одежды, только в одних бордовых трусах.

На миг мне хочется закрыться от взгляда мужа.

Все-таки мужчины — очень предсказуемые создания.

Каким бы серьезным не был разговор или ссора, но, увидев голые сиськи, они смотрят только туда и замолкают.

Возникает автоматическое желание прикрыть руками грудь, которая уже не стоит торчком, как у его девочки. Но потом я решаю этого не делать. Грудь у меня немаленькая. Да, не такая упругая и не стоит, как мячик, но размер побольше, чем у молоденькой финтифлюшки моего мужа.

Если Захару не нравится смотреть на грудь, которая выкормила ему двоих детей, пусть не смотрит.

Если ему неприятно признавать свой истинный возраст, пусть игнорирует его и дальше, но я не собираюсь игнорировать себя и свою жизнь такой, какой она была.

Поэтому я просто шагаю к шкафу и выбираю длинный атласный халат, закутавшись в него под пристальным взглядом мужа.