Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 31 – Дора Шабанн

'Чтобы познать то, чего вы не знаете,

Вам нужно идти по дороге невежества,

Чтобы достичь того, чего у вас нет,

Вам нужно идти по пути отречения.

Чтобы стать не тем, кем вы были,

Вам нужно идти по пути, на котором вас нет.

И в вашем неведенье — ваше знание,

И в вашем могуществе — ваша немощь,

И в ваше доме вас нет никогда…'

Т. С. Элиот «Четыре квартета» «Ист Коукер»

Естественно, идея моя вызвала… скандал.

Матушка голосила, не переставая:

— С ума сошла! Мы же с ними воевали! Твой дед Васё́ка погиб на фронте в сорок четвертом!.. Как ты можешь?

Сережа не отставал, но его идеи были из другой оперы:

— Да куда ты лезешь? Что за бред? Ну, Галя, и что ты там собираешься делать? Улицы мести? Кому ты там нужна?

Я же, проконсультировавшись с подругами, живущими в Германии, побеседовав с недавно уехавшими педиатром и ортопедом из нашей детской клиники, создала список с порядком действий, а также составила перечень необходимых документов и процедур.

Ну и уведомила родню, что процесс пошел.

— Прокляну! Слышишь меня? Навечно! — вбросила последний аргумент Наталья Павеловна и отключилась.

Мило, конечно, но я не была удивлена.

Дома у нас же наступило тревожное время.

Малиновские-младшие пока не отсвечивали и с комментариями не лезли, ибо были заняты грядущим прибавлением в семействе, а Тася находилась в том чудесном возрасте, когда любой движ казался классным, особенно вызывало восторг все таинственное и загадочное.

Говоров вздыхал:

— Галь, ну, ты хорошо подумала? Все же у нас ничего, а? Да и столько лет прошло, с тех пор как мы там были, и нам понравилось. Может, там уже все не так?

— В крупных городах, вероятно, все изменилось, да. Кругом мигранты из Африки и с Ближнего Востока, но мы с тобой в глушь поедем, к Ленке Шепелевой и Ирке Химич в их Варнемюнде или Мейсен. Ну, хочешь, можем в Дрезден или Лейпциг? — напомнила ему о моих сто лет назад эмигрировавших подругах, которые устроились в Германии вполне комфортно и удачно. Ирка даже медицинский диплом свой подтвердила и трудилась по специальности: рентгенологом в частной клинике.

— Галь, я понимаю, ты расстроена из-за работы. Да, и у меня тоже есть подобные задвиги у руководства, но зачем? Зачем нам куда-то ехать? — Коля не высказывался против переезда, он, ну, я бы назвала это «увещевал».

— У нас Тася растет, мы еще успеваем позаботиться о ее просвещенном и благополучном будущем, — указывала на очевидное.

Ибо с образованием и перспективами сейчас на родине было очень сложно.

— Ну, хорошо, она будет учиться, а мы-то с тобой? Бабка и дед… чего мы станем делать? — Коле и раньше-то комплименты не удавались, а нынче вообще грустно вышло.

Дед и бабка⁈ Рано он нас хоронит.

Покачала головой:

— У Иркиного мужа — логистическая компания, у Ленкиного — таксопарк. Работа будет. Уж не пропадем.

Говоров качал головой, но не спорил.

Потому как, ну, и так ведь все ясно, да?

И да, мне было странно, что все окружающие как-то разом забыли: немецкий я не просто учила в школе, а затем дошлифовывала в институте, но я его еще и использовала в работе, плюс переводила для себя статьи из модных и авторитетных журналов по дизайну. Я не видела сложности в том, как мы там будем адаптироваться, пока моей главной проблемой было — вывезти семейство.