Книга До последней строки, страница 67 – Джулия Хэнли

— Здесь есть все необходимое, — говорит Бил. — Одноразовые полотенца, вода в бутылках, набор для завтрака, аптечка. Тут спасательное снаряжение, огнетушитель и все в этом роде.

Эвана не впечатляет удобство катера, будто в прошлом он управлял чем-то гораздо более дорогим и внушительным, чем это судно.

Кабина с затемненными стеклами надежно скрывает нас от палящего солнца и любопытных глаз. Внутри нее находятся два удобных кожаных кресла, а сзади такие же, только в виде дивана, чтобы любоваться прекрасным видом.

Я не хочу мешать разговору приятелей, поэтому сажусь рядом с водительским местом и все еще жду, когда мы останемся вдвоем.

— Я оповестил погранзаставу, документы на судна здесь, разрешение на выход в залив получено. О прибытии в порт Магалиса сообщил. Сегодня хорошая погода, ветер стихнет, как доберетесь до отмели, — тараторит Бил, а затем выходит на понтон.

— Спасибо. Счет тот же, — напоминает Эван.

— Я только не понял, когда вы вернетесь? — резко спрашивает мужчина.

Этот, казалось бы, простой вопрос вызывает длительную паузу, во время которой никто из нас не решается ответить.

И только после повторного обращения, мой спутник цедит короткое:

— Пара дней, может, больше.

— Тогда сообщи, когда пригонишь, а то у меня еще куча заказов на них.

— Я позвоню, как приеду, — нехотя говорит Эван и добавляет: — Возможно, катера вернет кто-то из тех горилл.

Как это? Он хочет, чтобы я уехала? Что же произошло?

— Я слышал про Эймса. Ему повезло, что именно ты набил ему рожу. Ладно, Эв. Хорошего отдыха!

Как только Бил уходит, любимый начинает осматривать кабину, будто ищет, за что зацепить взгляд, а Лекс садится за руль своего катера и кричит, что пора отплывать. Только после этого Эван занимается водительское место и просит меня пристегнуться, но, едва включив мотор, глушит его и поворачивается ко мне.

— Эймс собирается дать против меня показания. Мне посоветовали какое-то время пробыть на острове, пока все не уляжется, — виновато говорит он, смотря поверх меня.

— За драку?

— Не за нее, — протягивает он и тяжело вздыхает в ожидании моей реакции.

Я не умею ругаться и тем более делать это на повышенных тонах, но не могу сдержать это ужасное слово: “Черт!”.

— Это отец, так? — допытываюсь я. — Он не хочет, чтобы мы были вместе, и это первая ласточка?

Эван явно рад, что я сама догадалась обо всем, и кивает в ответ. Но во мне начинается настоящая буря, ведь я так доверяла мудрости отца и всегда считала, что он не тот, кто станет рушить мое счастье!

Кто угодно, но не он!

— Что же делать? — спрашиваю я, уткнувшись в согнутые колени.

Чтобы успокоить меня, любимый склоняется и, подняв мою голову за подбородок, прижимается лбом к моему.

— Вив, помнишь? — шепчет он. — Неважно, чего хотят другие. Иначе ты пробегаешь всю жизнь. Я делал это все время, как приехал на материк, и жалею. Правда. Но, в конце концов, вся эта долбаная тусовка привела меня к тебе. Я сознательно иду на риск. А вот ты еще можешь выбирать.

— О чем ты говоришь? — я крепко обнимаю его. — Я останусь с тобой. Книги можно писать где угодно! И вообще заниматься тем, что мне нравится. В финансовом плане я давно обеспечиваю себя, и только мне решать, с кем и где быть.

— Детка, со мной тебе не нужно думать об этом. — шепчет Эван и, избавившись от тяжкого груза, нежно целует меня.