Книга Да, мой босс, страница 65 – Виктория Победа

— И мне, — откликается звонким голосом.

Я слегка впадаю в ступор от неловкости момента, просто потому что не знаю, что еще сказать и надо ли вообще что-то говорить. Смолин тоже не спешит мне помогать.

— Ладно, мы пойдем поздороваемся кое с кем, — молчание прерывает сам Богомолово, после чего хлопает Смолина по плечу, — ты лицо попроще сделай, юбилей отца все-таки.

— Я у тебя совета забыл попросить, — усмехается босс.

— Еще увидимся, — Богомолов подмигивает, — Мария, — кивает мне и удаляется в другой конец зала, вместе со своей спутницей.

А продолжаю следить за ними взглядом.

— Ты ему дыру в спине прожжешь, — меня отвлекает Смолин.

И я тут же краснею, потому что не стоило все-таки так пялиться. Ну подумаешь, нашел себе генеральный молоденькую, мне-то какое дело. Хотя, если она несовершеннолетняя. Господи, да о чем я думаю, вообще?

— Я просто засмотрелась, — отмахиваюсь.

— И, естественно, ничего не подумала, — мне кажется, или он меня дразнит?

— Ничего я не думала, — вру, посмотрев на в лицо Смолину.

— Ну конечно, именно поэтому ты так пялилась на Саньку.

— Ничего я… ладно, просто она кажется совсем молоденькой, — сдаюсь, — стоп, вы назвали ее Санькой? — распахиваю в удивлении глаза.

— Ну да, это его дочь, — как нечто само собой разумеющееся произносит Смолин, пожимая плечами.

— Дочь? — говорю громче, чем следовало бы, чем привлекаю к нам внимание. — Дочь? — повторяю тише.

— Дочь, Маша.

— Э-э-э, — вот теперь я действительно испытываю бесконечный стыд.

Я же и правда на нее пялилась и не сложно было догадаться, о чем я подумала.

— Почему он сразу не представил ее, как дочь?

— Он иногда так развлекается, люди забавно реагируют, когда видят его в сопровождении Саньки.

— То есть он это нарочно?

— Ага.

— А вы бы надорвались, если бы хоть намекнули?

— Зачем?

— Знаете, что? — пыхчу возмущенно.

— Что?

— Ничего, смотрите, ваш батюшка направляется к нам, — произношу с издевкой, чувствуя, как напрягаются его мышцы.

На самом деле я не знаю, кто из нас больше напрягается, учитывая вчерашнее… недопонимание, да, пожалуй, так и назовем вчерашний не слишком приятный инцидент.

Я как могу стараюсь держать лицо, ну то есть выдавливать улыбку, широченную такую, во все имеющиеся зубы. У меня даже челюсть от этих стараний сводит. А что делать?

Нравится не нравится, как говорится…

— Добрый вечер, — я голос подаю первой, пока двое упертых и очень похожих, что бы они там себе ни думали, мужчин таранят друг друга тяжелыми взглядами.

— Добрый, — наконец первым в гляделки прекращает играть старший Смолин, удостаивая внимания и меня, — я рад, что вы все-таки почтили нас своим присутствием, — он свой взгляд переводит на меня, осматривает.

Тщательно так проходится по мне с головы до ног, оценивает все-таки. Я бы на его месте оценивала.

Ну а что? В глазах этого мужчины я — голодранка, раздвигающая ноги перед его сыном. Грубо? Как есть.

Собственно, утруждаться, чтобы изменить его мнение о себе, я, конечно, не собираюсь. Завтра мы вернемся домой и, упаси меня Господь от очередной встречи с семьей Смолина.

— С днем рождения, отец, — надо ли говорить, что это поздравление босс выдавливает из себя с титаническим трудом.

— С днем рождения, Павел Сергеевич, — вторю своему начальнику.