Книга Да, мой босс, страница 132 – Виктория Победа

Прикрывается он кстати не полностью, только джинсы натягивает.

Откуда у него тут джинсы?

С совершенно невозмутимым видом садится за свой стол, тянется к аптечке.

— Я сама, — вынимаю необходимое и обхожу стол.

— Я вообще-то вполне дееспособен.

— Угу, я вижу, — промокаю ватный тампон антисептиком и прохожусь по поврежденным зонам.

Он шипит, дергается.

— Ну что вы как маленький, — улыбаюсь, распаковывая коробку с пластырями.

— Главное, что ты как большая, — язвит с улыбкой.

Приклеиваю пластырь на рассеченную бровь, взглядом прохожусь по пострадавшей щеке, тут пластырем не поможешь. Обрабатываю осторожно, улыбаясь, наблюдая, как он мило морщится.

— Очень больно?

Не знаю, что на меня находит, но я зачем-то провожу пальцами по непострадавшим участкам лица.

Он перехватывает мою руку, но не убирает, прижимается к ладони здоровой щекой.

— Уже не очень.

Опускаю взгляд, останавливаюсь на его губах. На нижней справа тоже кровоточащая ссадина.

— Может все-таки в травму?

— Все со мной хорошо, иди сюда, — притягивает меня за талию и усаживает к себе на колени.

Я даже толком понять ничего не успеваю.

— Посиди вот так немного.

— Я испугалась вообще-то за вас, — прижимаюсь к нему, не думая в эту секунду вообще ни о чем.

Потому подумаю.

— Я понял, Маш.

С утра какой-то бред в компании творится. Генеральный, говорят, в недобром расположении духа, а все потому что Галина Васильевна — секретарь Богомолова — внезапно и неожиданно ушла на больничный.

А она у него незаменимый сотрудник, самый преданный и любимый.

Нет ничего удивительно в том, что в таких обстоятельствах даже Богомолов, при всех его самых замечательных человеческих качествах, выйдет из себя.

А плохое настроение у главы компании — это даже хуже, чем своеобразный характер его зама.

Потому что к Смолину так или иначе все привыкли, он у нас тут в роли главного молота.

И когда дверь в приемную открывается и в помещении раздаются шаги, я, уже чуя неладное чувствительным местом, напрягаюсь.

— Доброе утро, — подскакиваю с места, как только Владимир Степанович входит в приемную.

У меня даже кровь от лица, кажется, отливает.

Ну что сказать, мне одного недовольного босса достаточно, второго моя психика не выдержит.

Вообще, Богомолов у нас, наверное, самый уравновешенный в компании. Я даже не помню, чтобы хоть раз видела его вышедшим из себя.

Он всегда предельно спокоен, вежлив и даже весел.

— Привет, Машунь, — я присматриваюсь к нему, — ты чего бледная такая?

— А я… Не выспалась, наверное, — выдаю первое, что на ум приходит.

— Бывает, — кивает.

— А Вячеслава Павловича нет, он после обеда будет.

— Так я и не к нему, — он подходит к столу, выдвигает кресло и садится. — Я к тебе.

— Ко мне? — сажусь, не сводя с него взгляда.

— К тебе, Маш, у меня к тебе просьба будет.

— Слушаю.

— Ты уже в курсе, что у меня форс-мажор?

— Ну я слышала, что Галина Васильевна больничный оформила, с ней все в порядке? — спрашиваю участливо, женщина она хорошая, всегда по-доброму ко мне относилась, даже, когда я пару раз косячила.

— Ну как тебе сказать, поскользнулась, упала, сломала ногу.

— Ой, — прикрываю рот ладонью.

В ее возрасте такие вещи могут привести к трагичным последствиям.

— Ей уже оказали всю необходимую помощь, все хорошо.