Книга После развода. Второй женой не стану!, страница 64 – Панна Мэра

Всё.

Это конец.

Сейчас меня заберут.

Сейчас всё закончится.

Я продолжаю отступать под давлением его тяжелого, внимательного взгляда, когда он вдруг ускоряет шаг, и почти в два присеста оказывается рядом:

— Не бойся, — говорит он спокойно.

Но я не верю.

Просто не могу.

— Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред.

Я сжимаю пальцы, не в силах ответить.

Он делает шаг ближе.

— Я здесь, — продолжает он, — чтобы остановить Абсалама… от совершения непоправимой ошибки.

Машина мягко трогается, и вместе с этим внутри меня будто что-то окончательно обрывается.

Я сижу на заднем сиденье, сжимая пальцы в замок так сильно, что костяшки белеют. За окном мелькают огни домов, редкие фонари и пустая дорога. Ночь кажется бесконечной. А сегодня еще и особенно тёмной. Кортеж несётся вперёд, уверенно, быстро, но мне все равно кажется, что даже этого не достаточно, чтобы успеть.

Я не чувствую себя уверенно. И не уверена, что доверилась нужным людям.

В конце концов, они семья Абсалама. Вполне возможно, что они все в сговоре с ним.

С каждой секундой мне становится все холоднее, и я пытаюсь согреться, обнимаю себя за плечи, но это не помогает.

Руслан.

Я могу думать только о нем. И о том, что с ним может случиться, если мы не успеем.

Я закрываю глаза на секунду и представляю его. Как он сидит, связанный, раненый… Один. И от этой мысли внутри становится невыносимо больно.

Нет.

Я резко открываю глаза.

Я не имею права сейчас развалиться. Не имею права бояться настолько, чтобы остановиться.

Я должна его вытащить.

Любой ценой.

— Мы почти на месте, — раздаётся голос рядом.

Я поворачиваю голову. Отец Руслана смотрит вперёд, его лицо жёсткое, сосредоточенное. Он спокоен. Или просто умеет хорошо скрывать свои реальные чувства.

Я киваю, но слова застревают в горле.

Машины начинают замедляться.

За поворотом появляются тёмные силуэты. Похоже, мы приближаемся к складским зданиям. В окнах кое-где горит свет. Именно туда Абсалам меня и позвал.

Машина останавливается, и мое сердце пропускает удар. Такой громкий, что мне кажется, будто его слышит весь картеж.

— Дальше нельзя, — спокойно говорит отец Руслана.

Я поворачиваюсь к нему.

— Если мы подъедем ближе, Абсалам и его люди поймут, что ты не одна, — продолжает он. — Мы зайдём сразу, как только он развяжет Руслана.

Я сглатываю.

— Твоя задача дать нам сигнал, когда он его отпустит. Мы будем всё время на связи. Будем слышать всё, что происходит.

Я медленно киваю.

Каждое его слово звучит чётко. Логично. Правильно.

Но мне всё равно страшно.

Очень.

Ко мне подходит один человек из его охраны и аккуратно закрепляет маленькую петличку под воротником. Холод металла касается кожи, и я вздрагиваю.

— Просто говори, — тихо добавляет он. — Мы услышим.

Я снова киваю, и открываю дверь.

Ноги становятся ватными, когда я выхожу из машины. Ветер тут же обжигает лицо, проникает под одежду. Я морщусь. Но не от холода, скорее от страха.

Несколько секунд я еще стою и смотрю на здание, а потом все-таки делаю первый шаг.

Потом второй.

Кажется, что даже земля под ногами чужая.

Я иду к части склада, где горит свет. Я все еще не уверена, что Руслан действительно там, но интуитивно чувствую, что Абсалам не врал.

Пожалуйста. Пожалуйста. Пусть он будет жив.