Книга После развода. Второй женой не стану!, страница 47 – Панна Мэра

Он делает шаг вперёд.

Слишком близко.

Я отступаю, но чувствую за спиной холодный бетон.

— Антон…

Я не успеваю договорить.

Он резко наклоняется и стремительно впивается мне в губы.

Все происходит резко. Жёстко. Слишком внезапно, чтобы я успела среагировать.

На секунду я теряюсь.

А потом начинаю вырываться, отталкивать его, но в этот момент пространство вокруг взрывается светом.

Вспышки.

Голоса.

— Стоп!

— Снято!

— Отлично! Все просто отлично!

Свет всё ещё режет глаза, будто не даёт спрятаться, будто намеренно удерживает меня в этом моменте. В этой чужой, невыносимо гнилой реальности, где каждое движение оказалось заранее продумано, а я… Я просто шла по чужому сценарию, даже не подозревая об этом.

Я отступаю от Антона почти инстинктивно, словно от источника опасности, и всё ещё не могу до конца осознать, что именно произошло. В голове шумит, мысли путаются, и единственное, что я сейчас могу, это смотреть на него с искренним удивлением:

— Как… Как ты мог?..

Голос предаёт меня, становится хриплым, чужим, и от этого становится только хуже.

Он смотрит на меня спокойно, будто только что не произошло ничего из ряда вон выходящего. Будто он не перешёл границу, которую нельзя было даже обозначать, не то что переступать.

Антон лишь слегка пожимает плечами, словно мы обсуждаем какую-то мелочь, не стоящую внимания.

— Ты сама согласилась участвовать, — говорит он с лёгкой усмешкой. — Сама взяла деньги. Я просто… Доработал твой сценарий. И, как видишь, всё отлично сработало. Чего ты злишься, Аль?

Он делает шаг ко мне, протягивает руку, словно хочет приобнять и как-то сгладить ситуацию, но я резко отшатываюсь.

— Не трогай меня.

Слова звучат уже твёрже, жёстче, и внутри поднимается нечто горячее, острое, почти болезненное — злость, перемешанная с унижением.

Он замирает на секунду, но потом разочаровано выдыхает, словно терпит мои капризы.

— Аля, — его голос становится чуть мягче, но от этого не легче, — мы взрослые люди. Это бизнес. Ты вообще понимаешь, что сейчас происходит?

Я смотрю на него и впервые за всё время не вижу того лёгкого, харизматичного человека, с которым работала.

Передо мной стоит кто-то другой.

Холодный, расчетливый эгоист, которого с самого начала интересовали только охваты и продажи.

— Ты женщина, которая сбежала от мужа-тирана, — продолжает он, словно рассказывает мне сюжет фильма. — А я тот, кто тебя спас. И при этом всё равно рядом. Ты хоть представляешь, какой отклик это даст?

Он улыбается.

И эта улыбка вызывает только отвращение.

— Мы сейчас так поднимем продажи, что мне вторую партию придётся срочно запускать. Уже очередь на предзаказ. Это успех, Аля. Настоящий успех. Разве ты за меня не рада⁈

Каждое его слово поражает меня сильнее удара. Потому что он действительно в это верит. Потому что для него это нормально.

— Ты… — я делаю шаг вперёд, чувствуя, как голос начинает дрожать от сдерживаемой ярости. — Ты хоть понимаешь, что сделал?

Он снова пожимает плечами.

— Ну брось.

Я сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони.

— Как ты посмел без моего разрешения меня целовать? Как ты вообще мог? Ты… Ты хоть понимаешь⁈

Он смотрит на меня с тем самым выражением, в котором нет ни капли вины. Только уверенность в собственной правоте.

— Аля, — говорит он почти снисходительно, — не делай из этого трагедию. Лучше признай, что это было гениально.