Книга Мальчик, страница 40 – Лера Титова

— Ты хочешь меня? — спросил он.

— Да.

— Скажи.

— Я хочу тебя, Микеле.

— Что именно?

— Всё.

Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Поцеловал. Не нежно — жёстко. С языком. С зубами. Она застонала.

— Раздевайся, — сказал он.

— Сам.

Он раздел её. Не спеша. Пуговица за пуговицей. Ткань скользила по коже, вызывая мурашки. Он смотрел на каждый открывшийся сантиметр — ключицы, грудь, живот, бёдра.

Она стояла перед ним голая. Не прикрывалась. Не стеснялась. Смотрела в ответ.

— Ты красивая, — сказал он.

— Ты говоришь это каждый день.

— И буду говорить.

— Докажи.

Он прижал её к стене. Кафель был холодным — она вздрогнула.

— Холодно, — сказала она.

— Я согрею.

Он вошёл в неё. Резко. Глубоко. На всю длину.

Она вскрикнула.

— Тише, — сказал он.

— Не могу.

— Можешь.

Он начал двигаться. Быстро. Ритмично. Стена вибрировала от каждого толчка. Она вцепилась в его плечи. Ногтями. До крови.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она кончила. Громко. Отчаянно.

Он не остановился.

— Ещё, — потребовал он.

— Не могу.

— Можешь.

Она кончила снова. Он — следом.

Упал на неё, тяжело дыша.

— Это только начало, — сказал он.

— Знаю.

— Пойдём в душ.

— Пойдём.

В душе вода была горячей.

Они стояли под струями, пар заволок всё вокруг. Микеле взял мочалку. Намылил. Начал мыть её спину. Медленно. Круговыми движениями. Мочалка скользила по позвоночнику, по лопаткам, по пояснице.

— Ты дрожишь, — сказал он.

— Холодно.

— Врёшь.

— Да. — Она повернулась к нему. — Дрожу.

— Чего боишься?

— Что ты устал.

— Не устал.

— Докажи.

Он прижал её к стене. Кафель был холодным — она вздрогнула.

— Холодно, — сказала она.

— Я согрею.

Он вошёл в неё сзади. Медленно. Глубоко. Вода стекала по их телам. Пар заволок всё вокруг.

— Быстрее, — прошептала она.

— Не могу.

— Можешь.

Он ускорился.

Она кончила. Он — следом.

— Пойдём в гостиную, — сказал он.

— Там люди.

— Никого нет.

— А если кто-то войдёт?

— Тогда увидят.

Он выключил воду. Вытер её. Вытер себя. Они вышли.

В гостиной было пусто.

Камин не горел. Шторы были задёрнуты. Только луна светила сквозь щель.

Микеле уложил Виолетту на диван. Кожа была холодной — она вздрогнула.

— Холодно, — сказала она.

— Я согрею.

Он лёг на неё сверху. Раздвинул её ноги коленом. Она была влажной — он чувствовал это.

— Ты хотела этого, — сказал он.

— С того самого момента, как увидела тебя в саду.

— Почему?

— Потому что ты смотрел на меня как на добычу.

— А ты?

— Я смотрела как на хищника.

Он вошёл в неё. Медленно. Глубоко. Она вздохнула.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она кончила. Он — следом.

— Пойдём в библиотеку, — сказал он.

— Зачем?

— Хочу на книжных полках.

— Ты сумасшедший.

— Я голодный.

В библиотеке пахло старыми книгами и тишиной.

Микеле усадил Виолетту на стол. Сдвинул книги. Они упали на пол. Ему было всё равно.

Он раздвинул её ноги. Вошёл. Медленно. Глубоко.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Она кончила. Он — следом.

— Пойдём на лестницу, — сказал он.

— Там могут пройти.

— Пусть проходят.

На лестнице было темно.

Микеле прижал Виолетту к перилам. Дерево впилось ей в живот.

— Больно? — спросил он.

— Немного.

— Терпи.

— Терплю.

Он вошёл в неё сзади. Медленно. Глубоко.