Книга Принцесса, страница 23 – Лера Титова

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Лоренцо сжал кулаки. — Боюсь.

— Чего?

— Что не смогу защитить её.

— Сможешь.

— Откуда знаешь?

— Ты живой.

Машина остановилась у склада 17.

— Выходим, — сказал Лука.

Паоло стоял у стены. Один. Без охраны.

— Ты пришёл, — сказал он.

— Ты ждал, — ответил Лоренцо.

— Да.

— Зачем?

— Хотел посмотреть тебе в глаза.

— Посмотрел.

— Да.

— И что?

— Ты не похож на убийцу.

— Я не убийца.

— Твой отец — да.

— Это не моя вина.

— Мне всё равно.

Паоло достал пистолет.

Лука выстрелил первым.

Пуля попала в плечо. Паоло упал.

— Не убивайте, — сказал он. — Я один.

— Зачем ты стрелял в неё? — спросил Лоренцо.

— Чтобы ты страдал.

— Она не пострадала.

— В следующий раз — пострадает.

— Не будет следующего раза.

Лоренцо выстрелил.

Паоло упал.

Всё кончилось.

Они вернулись в особняк через час.

Джульетта ждала в холле.

— Ты жив, — сказала она.

— Да.

— Ты ранен?

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он поднял руку. Пуля задела плечо. — Царапина.

Она бросилась к нему. Обняла.

— Не делай так больше, — сказала она.

— Не могу обещать.

— Тогда обещай возвращаться.

— Это я могу.

Она поцеловала его.

— Пойдём в комнату, — сказала она.

— Пойдём.

Они поднялись в комнату. Лоренцо закрыл дверь. Прислонился к ней спиной. Смотрел на Джульетту.

— Ты дрожишь, — сказал он.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она подошла к нему. — Дрожу.

— Чего боишься?

— Что ты умрёшь.

— Не умру.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она поцеловала him. Долго. Глубоко. С языком. С желанием. Её руки скользнули по его спине, вцепились в ткань рубашки.

— Я хочу тебя, — сказала она.

— Я твой.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Тогда докажи.

Он подхватил её на руки. Отнёс на кровать. Опустил на простыни. Простыни были холодными — она вздрогнула.

— Раздевайся, — сказал он.

— Сам.

Он раздел её. Не спеша. Пуговица за пуговицей. Ткань скользила по коже, вызывая мурашки. Сначала блузка — сползла с плеч, упала на пол. Потом лифчик — одним движением, её грудь открылась, соски затвердели от воздуха.

Он провёл большими пальцами по соскам. Она вздохнула.

— Холодно? — спросил он.

— Горячо.

Он усмехнулся. Снял с неё джинсы. Медленно, нарочито медленно. Ткань скользила по бёдрам, по коленям, по икрам. Трусы — последними.

Она лежала перед ним голая. Луна освещала её кожу, делала её серебряной.

— Ты красивая, — сказал он.

— Ты говоришь это каждый день.

— И буду говорить.

— Докажи.

Он разделся. Быстро. Штаны упали на пол. Член был твёрдым, пульсирующим, готовым. Головка блестела — уже влажная.

Она смотрела на него. На его член. На то, как он движется, когда он дышит.

— Ты большой, — сказала она.

— Это хорошо?

— Это идеально.

Он лёг на неё сверху. Раздвинул её ноги коленом. Широко. Она была влажной — он чувствовал это. Горячей. Готовой. Её киска блестела в лунном свете.

— Смотри на меня, — сказал он.

— Смотрю.

— Не закрывай глаза.

— Не буду.

Он вошёл в неё.

Медленно. Дюйм за дюймом.

Она вздохнула. Её тело выгнулось навстречу.

— Ты такая узкая, — сказал он.

— Ты такой большой.

— Это хорошо?

— Это идеально.

Он опустился до конца. Замер на секунду. Привыкал. Чувствовал, как её стенки сжимаются вокруг него — горячие, влажные, живые. Каждый миллиметр его члена был окружён её теплом.

— Двигайся, — прошептала она.

— Не торопи меня.

— Я не тороплю. Я хочу чувствовать.