Книга Твоё сломанное чудовище, страница 93 – Евгения Ник

— И ты… – спотыкаюсь на фразе оттого, что горло внезапно сдавило спазмом. – Запомни: ты мне не отец. Не был им. И никогда не станешь. Потому что…

— У тебя уже есть один отец, – кивает он, завершая мою фразу. – Илья Костомаров. Ректор. И немного “фермер”, – усмехается он. – Он твой отец, а не я.

“Он твой отец, а не я.”

От этих слов всё тело трещит. Каждый, сука, шрам горит огнём. Боль не просто фантомная – она реальная, как кислота, прожигает меня изнутри и разъедает каждую клетку.

Открываю рот, но больше не знаю, что ему сказать. Ни мыслей, ни слов. Вообще ничего. Поэтому молча разворачиваюсь и выхожу из кабинета, по пути набирая Доставщику.

— Да, Аким, – отзывается он после второго гудка.

— Нажрёмся?

Сортировщик

Открываю глаза и понимаю, что нахожусь не дома. А ещё в комнате лютый холод. Поворачиваю голову, замечаю, что окно открыто на проветривание. Если это сделал я, то это было не лучшей моей идеей.

Сажусь в кровати, с силой растираю лицо, но не особо помогает. Состояние дерьма так просто не соскоблить, а я именно так себя ощущаю. Опираюсь локтями о колени, утыкаюсь лбом в ладони. Морщусь. Во рту – пиздец. Скребёт по нёбу так, словно я всю ночь жевал асфальт. И бонусом к этому – отвратительная головная боль. Про тело можно даже и не заикаться.

Вчера меня знатно вынесло.

Сначала та сука Алиса, посмевшая испортить лицо моей Зайки. Мало мне было того убогого одногруппника, так ещё одна мразь решила, что может безнаказанно трогать мою девушку. Нет. Не может. Но больше всего меня бесит, что это второй случай за несколько дней. И второй хлам, который посмел приблизиться к ней. И получается, я допустил это.

А потом Кай со своей новостью, что он мой брат, а Док – отец. Мой грёбаный биологический отец, который всё это время был рядом, собирал меня по частям, штопал, смотрел, как я охереваю от этой ебучей жизни, и молчал. Сука.

В общем, меня сорвало. В хлам. Даже не помню, что вчера происходило в баре и как я оказался в доме Доставщика. В том, что это его дом – не сомневаюсь. В этой комнате на каждой горизонтальной поверхности стоят рамки с фотографиями его семьи.

А самое поганое – я вчера так и не заглянул в телефон. Не проверил геолокацию Зайки. Не написал ей. Не позвонил, чтобы услышать её голос. Просто вырубился как последняя свинья.

Сижу так несколько минут, пытаясь собрать себя по фрагментам. Потом поднимаю голову, ещё раз обвожу взглядом пространство вокруг себя. Где мой смарт? На тумбочке нет. На кровати нет. Под подушкой… нет. Сканирую глазами дальше и нахожу его на полу, на груде скомканной одежды.

Встаю. Тут же мечтаю о том, чтобы Доставщик зашёл и пристрелил меня, потому что боль в спине и рёбрах усилилась и по ощущениям – она куда хуже смерти. Подхожу, поднимаю телефон. Открываю в мессенджере контакт Ильмы, сразу пишу сообщение:

Я: С добрым утром, Зай. Как спалось? Прости, что вчера не пожелал тебе спокойной ночи. Так вышло. Но обещаю, исправлюсь.

Отправляю и только тогда вижу то, от чего внутри всё обрывается.

Ильмы не было в сети практически с того момента, как она сбежала из библиотеки.

Сразу открываю список контактов. Звоню. “Абонент временно недоступен”.