Книга Твоё сломанное чудовище, страница 77 – Евгения Ник

Из меня вырывается грудной стон, оседает на его губах, и он замирает.

Ненавижу. Ненавижу себя. Ненавижу свою слабость.

Медленно приоткрываю глаза. Аким смотрит на меня. Его рука на моей шее слегка вибрирует. Затем он втягивает в рот мою нижнюю губу. Прикусывает – не сильно, но достаточно, чтобы по телу прошла волна дрожи. Чтобы губа запульсировала, заныла, запомнила его зубы и метку, что он оставил.

Позволяю.

Ненавижу себя за это ещё больше, но позволяю.

Он снова ныряет в мой рот, но в этот раз я готова. Дёргаюсь и теперь сама впиваюсь зубами в его плоть. С силой. Со всей ненавистью, что во мне скопилась.

Аким сразу же сжимает моё горло. Туго и совершенно безжалостно. Воздух обрывается, а я так и замираю с открытым ртом, чувствуя на языке металлический привкус его крови.

— Зайка... – хрипит, опаляя каменным взглядом.

Смотрит так, точно решает отпустить, или всё же сломать и выбросить, как ненужный мусор. Как он и говорил...

Секунда длится вечностью. А потом он осторожно ослабляет хватку и отступает на полшага назад. Тянется рукой вверх. Берёт с полки над моей головой книгу в твёрдом переплёте.

Слежу за ним, не понимая, зачем? Что он хочет с ней сделать?

Он опускает руку вниз. А в следующее мгновение я ощущаю, как он прижимает её к моим ногам. Между ними.

Замираю. Прохладный корешок книги касается меня сквозь колготки. Там, где жарко и стыдно, там, где, никто никогда не прикасался. Там, куда даже ублюдочный отчим ещё не успел добраться.

— Приподними края юбки, – Аким рокочет, глядя на меня исподлобья потемневшими глазами.

Сортировщик

Не могу контролировать себя рядом с ней. Внутри меня каждую секунду взрывается два желания. Первое – реально её убить. Чтобы всё это закончилось. Чтобы я перестал думать о ней, как безумный. Второе – потерять контроль окончательно. Затрахать её до такой степени, чтобы она забыла, как сопротивляться. Чтобы не осталось ни слов, ни сил, ни мыслей – только я.

— Аким… – Иль рвано выдыхает моё имя.

Ну и как такую убьёшь? Нет. С ней только терять контроль. Подчинить. Сделать своей. И наслаждаться каждой секундой, проведённой с ней рядом. Звучит слюняво, но, блять, да – я реально этого хочу. И она хочет. Просто пока врёт себе. Но её тело впереди.

Окей, значит, будем выезжать на физике. Я ж только “за”.

— Да, моя маленькая? – отвечаю, проводя корешком книги вверх… потом вниз. Медленно. Ритмично. Снова медленно…

— Прошу тебя… – выдавливает, практически с мольбой в голосе. И вдруг вздрагивает.

О, моя чувствительная Ильма. Кажется, я пробудил твоё желание.

— Прекрати, я очень тебя прошу…

Не отвечаю. Просто продолжаю ласкать её. Скольжу книгой по капроновым колготкам, надавливаю чётко туда, где находится центр её удовольствия. Горячий бугорок, мечтающий о разрядке. Вперёд. Назад. Трение, шуршание по тонкой ткани… Её учащённое дыхание, тихий стон. И затвердевшие вершинки груди.

Снова целую её. В этот раз мягче. Убираю руку с тонкой шеи, укладываю на её затылок, собрав волосы в кулак. Не прекращаю ласки. И вдруг слышу влажный звук. Останавливаюсь, приподнимаю книгу – вижу на ней блестящий след, что оставила моя девочка.

Секунда и Зайка у меня на руках. Подхожу к дивану, аккуратно укладываю её.