Книга Твоё сломанное чудовище, страница 48 – Евгения Ник

Оказалось, что помимо рёбер, я успел заработать ещё и пневмоторакс – это когда в груди копится воздух и мешает дышать. Жаль, что проявился он не сразу.

А ведь Док говорил… Но я бы его ещё слушал.

В общем, следующие две недели я снова провалялся у него, подключенный к трубкам, с лицом цвета мокрого асфальта.

Но, я не терял зря времени. Каждый день, по пылинке, по фрагменту, собирал информацию о моей Зайке.

Что у меня было?

Банковская карта и те вещи, которые мне привёз Доставщик после того, как посетил квартиру подруги моей Зайки.

В итоге у меня в руках был ноутбук Фисы Сомовой. Я перерыл его вдоль и поперёк, как маньяк и собрал в небольшую папку, всё, что хоть как-то относилось к Зайке. Я узнал её соцсети. Без проблем получил к ним доступ. Ну а потом… Я нашёл её фотографии. Узнал где, на каком курсе и факультете она учится; с кем общается, а также тех, кто у неё в блоке. И сразу решил, что надо пробить – почему. Узнал, что в детстве она часто посещала ипподром, а ещё – ходила в художку. И кстати, она прекрасно рисует. Да, моя Зайка оказалась не только внимательной к деталям, но и талантливой девчонкой.

Разве это не прекрасно? У нас с ней уже есть общие черты. Я тоже люблю наблюдать, копаться, фильтровать. И Сортировать. Находить то, что мне нужно. То, что принесёт пользу.

Мы так похожи.

И ещё я узнал главное. Имя моей Зайки. Её зовут Ильма. Ильма Серафимова. А я ведь говорил, что оно у неё красивое. Как всегда, был прав. Не просто красивое, а такое, что врезается в память один раз и навсегда.

А дальше, ещё интереснее. На той банковской карте, что я у неё забрал, было другое имя – Елена Будакова. И всё бы ничего, если бы это имя точно не совпадало с именем одного из бухгалтеров “фермы”.

Когда я проверил Елену, то узнал, что ранее она была замужем за некого Даниила Серафимова, от которого у неё есть дочь – Ильма. Как говорил Дружко: “Совпадение? Не думаю.”

Даже говорить не буду, как меня это завело. Да, блять, у меня аж привстал. Потому что я понял: моя Иль – не просто сбежавшая трусливая Зайчишка. Она дочь бухгалтерши из теневой фирмы моего отца. Она выросла в том же мире, что и я. Только на другом его конце. Потому что вряд ли она в курсе дел “фермы”, слишком уж… чистая.

Я полез глубже. В базу данных “фермы”, конечно. Не напрямую – через чёрный ход, который ещё год назад настроил “на всякий пожарный”. Елена Будакова, она же мать Ильмы, вела счета по одному из самых грязных потоков, внешне замаскированному под СТО. Отец специально держал его в полутора часах езды от нашего города, в сереньком задрипинске на пятьдесят тысяч человек. Идеальная дыра. Кто туда вообще сунулся бы?

Сука, как иронично – мамаша моей ангельски чистой Зайки годами варилась в дерьме, получала грязные, порой кровавые деньги, которыми оплачивала дочке художку, чтобы та могла рисовать волшебных пони и единорожек.

А дальше – ещё лучше!

Я отлично знал – тот филиал “фермы”, что работал в городке моей Зайки, изжил себя. До определённого времени это было идеальное место. Пока не потребовалось расширение. Но увы, найти помещение, которое бы полностью отвечало требованиям “фермы”, не удалось.

И я чуть не подавился от восторга, когда осознал, что Вадим, отчим моей Зайки, вместе с семьёй и всем филиалом перебирается в наш город. Это было идеально! Настолько, что с того дня я почти беспрерывно таскаю на роже идиотскую улыбку, от вида которой отец психует, Дор уже списал меня в окончательные психи, и даже на работе эффект вышел обратный: там меня начали бояться ещё сильнее.