Книга Когда зашел не в ту дверь, страница 24 – Кристина Агатова

А ведь как славно все начиналось — свежий воздух, вкусный ужин, приятные собеседники!

Снова охватила злость на Горлова — зачем его понесло в “Бобриный утес”? Ладно, Лев. Семейный человек! Жена, наверное, запилила своими требованиями вывезти дитятко на природу, вот и поперся.

Но этот-то! Одинокий мужик! Сидел бы дома и пил перед телеком!

Стоп! А как он вообще тут оказался под чужим именем? Почему номер был забронирован на другого человека? И где Евтифьев? Впрочем, он мог забронировать для друга, оплатить со своей карты — это не преступление. Документы тут не просят, поэтому Григорий или Степан — кому какое дело?

Эмоции и мысли сменяли друг друга, как картинки в калейдоскопе.

Наконец, я кое-как собрала свои истрепанные в хлам нервы в кучу и почти спокойно сказала:

— Вы уж извините, но я действительно ничего не знаю. С удовольствием бы помогла, но, кажется, нечем.

Не успела я отделаться от Козлова, как попала в лапы Шапошникова.

Опер почти пинком загнал меня в каморку администратора, закрыл дверь, сел напротив и бесцеремонно рявкнул:

— Ну, и за что ты его убила? Времени у меня мало, поэтому давай-ка ты быстро напишешь чистосердечное, а я постараюсь вывернуть все, как самооборону. Как первоходке дадут года три, а за хорошее поведение выйдешь по удо на годик пораньше.

— Чего? — оторопела я.

— Того, — заявил Павел Викторович. — Давай, как есть. Что он тебе сделал? Попытался изнасиловать?

— Нет, — помотала я головой.

— А за что ты его грохнула? Только не юли, теряешь свое драгоценное время.

— Я его пальцем не трогала. Вот буквально!

— Да? — не поверил Шапошников. — А вот мне сказали, что вы еще в столовой закусились.

— Кто сказал? — возмутилась я. — Мы не закусывались. Просто он сидел напротив за соседним столом, смотрел на меня. А я не могу есть, когда на меня смотрят. Я его спросила, может что не так. Ну мало ли? А он расценил это как подкат. Но я не подкатывала! У меня есть парень!

— И ты оскорбилась и решила его проучить?

— Ничего я не решала! Я с ним после этого даже словом не обмолвилась!

— А до этого?

— Когда? — не поняла я.

— До встречи в “Утесе”? В каких отношениях ты была со Степаном?

Я нагнулась вперед и, глядя прямо ему в глаза, отчетливо произнесла:

— Я. Никого. Не убивала. Я его сегодня впервые в жизни увидела. Никогда до этого с ним не пересекалась. И вообще, я думала, что его зовут Григорий. Он так представился в столовой.

— Значит, ты за ним наблюдала? Чем он тебя так зацепил?

Идиот Шапошников был сложным. Слишком сложным для меня. Он нарушал хрупкое равновесие моей нервной системы, которую мне следовало оберегать любой ценой.

Надо представить, будто это все происходит не со мной. Просто глупое кино про идиота-опера и несчастную девицу.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я произнесла:

— Я его не убивала.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Я не наблюдала за ним. Он сел за соседний столик и громко представился, подав руку Якову. Спросите у кого угодно — все это видели. После столовой я с ним не общалась.

— А в номере была?

— Была, — не стала отрицать я. — Но кроме нас с Мариной там никого не было на тот момент. Потом началась гроза, шарахнул гром, и сигналки заорали. Мы оделись и выбежили проверить, не упало ли дерево на парковке на наши машины. А, да! Еще свет вырубился, но пока мы бегали на стоянку, он уже включился.