Книга Отраженная реальность, страница 111 – Тери Нова

— Ты заплатишь, – он ползет к выходу, приподнимаясь на руках и кряхтя, а я слежу, как дорожка из крови проделывает завораживающий рисунок на деревянном полу. Пока Маршалл забирается в машину, смотрю в окно, проверяя, нет ли поблизости соседей. У меня нет гарантий, что через час сюда не заявятся копы, поэтому, вооружившись пистолетом, я стою так, пока не стемнеет.

Наконец, когда адреналиновое похмелье вынуждает меня опуститься на ступени крыльца, я чувствую шевеление за спиной.

— Мама уснула, – тихо говорит Томми, садясь рядом. Я отправил его с ней, потому что его сердце не такое бесчувственное, как мое, он всегда умел найти правильные слова для нее. – Он не настучит, это не в его стиле – выглядеть жертвой.

Он прав, Маршалл скорее выколол бы себе второй глаз.

— Следовало прикончить его давным-давно, – смотрю на свои руки все еще в пятнах засохшей крови.

Томми молчит некоторое время, но я чувствую, как он изучает мое лицо. А потом его рука опускается на мое плечо, и одна-единственная фраза заполняет тишину.

— У тебя еще будет шанс.

Это был один из множества раз, когда я нарушил закон и совершил насилие без чувства вины.

Наши дни

Космос не менее удивителен, чем сама жизнь.

Большинство частиц, из которых состоит наша Вселенная, включая элементы, из которых состоим мы, были синтезированы в ядрах звезд в результате термоядерных реакций. То есть только вдумайтесь – сверхновые разрушаются, а звездная пыль превращается во что-то другое, непостижимое и прекрасное, обладающее разумом, способное чувствовать так много, что порой это причиняет боль.

Во Вселенной существуют звезды-зомби, это нейтронные объекты, которые пережили взрыв сверхновой, но не погибли, а продолжили светить. Примерно так я себя чувствую, медленно поднимаясь на третий этаж по лестнице, ведущей на террасу. Встреча с Джианной и другими спасенными «Стиксом» показала, насколько сильными бывают женщины, столкнувшиеся с чем-то настолько ужасным, что другие, вне зависимости от пола, на их месте просто сломались бы.

Толкаю раздвижные двери в стороны, на секунду прикрывая глаза, пока дыхание замирает, но потом я делаю первый шаг, перебирая в голове все, что знаю о черном пространстве вокруг.

Вселенная постоянно расширяется, и галактики удаляются друг от друга с регулярно нарастающей скоростью, может даже сложиться так, что через миллиарды лет они станут почти невидимыми друг для друга. В центре большинства галактик образуются сверхмассивные черные дыры, которые при помощи гравитации могут искажать пространство и замедлять время вокруг себя. Все эти знания однажды тоже окажутся искаженными, устаревшими или неточными, ведь наблюдение за космосом занимает очень много времени, иногда требуются даже годы или десятилетия, чтобы собрать достаточно данных. При этом солнечному свету, чтобы достигнуть Земли, нужно лишь порядка восьми с половиной минут…

Чтобы влюбиться в Хайдена Дрейка, мне хватило всего одной.

На сеансе групповой терапии нас попросили рассказать о своем страхе, описать его форму и цвет, а поскольку я так и не нашла в себе мужества заговорить, пришлось рисовать. Это оказалось вовсе не сложно, лицо одноглазого человека еще слишком свежо в памяти, чтобы не попытаться изобразить его на своем листке. Но где-то в середине процесса я поняла, что оно больше не приводит меня в оцепенение, потому что есть вещь, которой я боюсь куда больше.