Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 28 – Элен Блио

Стыдно самой себе признаться, но я, что называется потекла. До вчерашнего дня я не знала как это. Думала, что это просто такое не слишком приличное выражение ничего общего с действительностью не имеющее. Оказывается, именно так и есть, как называется. Когда между ног именно что влажно.

Это… стыдно. И дико приятно.

Отец подруги нёс меня на руках в дом, а я чувствовала его эрекцию. Физиология. Всего лишь…

Ужас!

Ох, нет, я верю! Верю, что у него это на самом деле просто физиология, иначе…Иначе можно съехать с катушек. Хотя я и так уже.

Что мне делать? Сбежать? Но Ясмина может понять причину.

Остаться? И видеть каждое утро как он плавает? И умирать от желания еще раз прикоснуться к его груди?

Какие у него руки! Красиво очерченные бицепсы, рельеф не перекачанный, именно такой как надо.

Стоп, Ева, стоп! Хватит! Нельзя! Табу! Этот мужчина не для тебя.

Закрываю глаза и опять погружаюсь в воспоминания о вчерашнем вечере. Взгляд Агдамова, такой… прожигающий, сочувствующий.

Врач действительно приехал, довольно быстро, меня осмотрели, дали рекомендации, я видела, что Адам волновался.

Я не должна называть его по имени, но не могу. Мне очень нравится его имя. Адам… Перекатывается во рту, на языке, оно словно поцелуй, нежный, сочный, поцелуй, которого у меня еще не было. Настоящий.

Всё, что было – не то, неправильное, мелкое.

Поцелуй Адама! Представляю, каким бы он был!

Ева, какая же ты дурочка!

Я думала об этом вчера, позабыв о том, что в комнате у камина со мной Ясмина и её отец. Когда поняла ход своих мыслей – щеки запекло.

— Ева, ты вся горишь, точно нет температуры? – Яся переживала за меня, так смотрела!

А я бросила быстрый взгляд на её отца и еще сильнее стушевалась, потому что он… он посмотрел на меня и ухмыльнулся, как будто знал о чем я думаю.

Боже, как мне было стыдно!

Я сказала подруге, что пойду спать, она принесла мне стакан горячего шоколада, села на кровать.

— Милая, мне так жаль, скажи, что с тобой всё в порядке? Я этого Громилу больше на порог не пущу!

— Все нормально, Ясь, только… Может быть мне и правда лучше домой? Твой папа приехал, я буду мешать.

— Кому? Папе? Да он даже ночевать не остался, уже укатил к своим… – Ясмина не произнесла то самое слово, но было понятно, к кому уехал Агдамов. А я почувствовала занозу в груди. Больно.

— Видишь? Он уехал, потому что я мешаю.

— Ой, Ева! Я бы тебе сказала почему он уехал! Точно не из-за тебя!

Ясмина пригубила шоколад из своей чашки, потом стёрла смешные усики.

— Ева, ты точно не мешаешь! Я еще раз у него спросила, и он сказал, что ты можешь остаться. Тем более завтра у нас первый рабочий день! Папиными молитвами! – Ясмина вздохнула и закатила глаза. – Но рано вставать не надо. Он сам нас отвезет, представит, всё покажет. Завтрак в девять утра, до девяти можешь еще искупаться в бассейне.

После ухода подруги я долго не могла уснуть. Мысль о том, где проводит ночь Агдамов колола острыми шипами прямо в сердце.

Я сама не понимала, почему меня так сильно волнует эта тема. Пыталась себя уговорить, что мне должно быть всё равно, что я вообще не должна смотреть и дышать в его сторону.

Но говорить легко, а вот сделать…

Сделать что-то со своей головой и мыслями оказалось очень сложно.

Проснулась, несмотря ни на что выспавшейся, отдохнувшей. Никаких следов вчерашнего недомогания.