Книга Искренне. Безумно. Навсегда, страница 145 – Л. Дж. Шэн

— Готовы начать обратный отсчет? – Эллисон всплеснула руками.

Они с Роу идеально смотрелись вместе. Совершенство. Ох уж эти высокие фотогеничные люди. С успешной карьерой и идеальными чертами лица. Я злилась на себя за то, что рассказала Роу, как Эллисон поступила со мной. Что поверила, когда он сказал, что я ему нравлюсь. Ну почему я такая глупая?

— Да! – хором поприветствовала толпа.

По моей щеке покатилась первая слезинка, замерзнув прежде, чем спустилась до подбородка.

— Десять!

Роу улыбнулся одним уголком рта, и на его щеках обозначились ямочки.

— Девять!

Сдается мне, после той ночи, когда мы поцеловались, он побежал рассказывать ей, что я настучала на нее. А Эллисон нашла возможность все ему объяснить. Может, сейчас он на ее стороне.

— Восемь!

По щеке стекла еще одна слеза. Киран и Дилан отошли друг от друга и окружили меня с обеих сторон, закрывая собой. Дилан гладила меня по плечу и поцеловала в щеку.

— Не нужно, Пятнышко. Ты же знаешь, что я друг, который никогда не врет, а я говорю тебе, что вижу картину иначе: между Роу и Эллисон ничего нет.

— Семь!

Но даже если Дилан права, сегодняшний вечер доказал, что я не могу рисковать своим сердцем.

— Шесть!

— Убери с лица это несчастное выражение, – сквозь зубы приказал Киран. – Эллисон получает массу удовольствия, наблюдая за тобой.

— Пять!

Роу смотрел на нас с пылом, который я прочувствовала нутром.

— Четыре!

— Уф, – Киран провел рукой по волосам. – Ненавижу быть хорошим парнем.

— Три!

Эллисон в предвкушении затрясла плечами, ухмыльнувшись мне, как Урсула из «Русалочки».

— Два!

— Черт, – пробормотал Киран и наклонился, чтобы посмотреть Дилан в глаза. – Просто знай, что мой следующий поступок ничего не значит и делается исключительно, чтобы произвести на тебя впечатление.

— Один!

Киран обнял меня за талию, наклонил, обхватив рукой затылок, и прижался самым холодным, самым сухим, самым платоническим поцелуем, которого удостаивались мои губы. Одна моя нога взметнулась вверх, как на культовом снимке медсестры и моряка, сделанном в День победы над Японией.

У меня перехватило дыхание. От ужаса я вытаращила глаза.

Киран. Целовал. Меня. Я вся похолодела. Дрожала от страха и паники. Душа в пятки ушла.

«Перестань прикасаться ко мне! – мысленно закричала я. – Сейчас же отпусти!»

Я заметила, что небо иссиня-черное кроме нескольких одиноких облачков. Не зажгли ни одну рождественскую гирлянду. Роу так и не нажал на красную кнопку.

А затем события закрутились очень быстро. Киран схватил меня за талию и шею, промычал «черт!» и наклонил так низко, что мои волосы почти коснулись земли. Он прижался ко мне губами, и мое сердце замерло. Меня охватила паника, и я почувствовала, будто вокруг меня смыкаются четыре невидимые стены.

Вот же хрень! Он прикасается ко мне.

Этот мужчина прикасается ко мне.

Я распахнула рот, чувствуя, как в горле зарождается крик. Но не успела я позвать на помощь, как Роу рывком поставил меня прямо и толкнул к своей сестре.

В ту же секунду Киран припечатался к стене фуд-трака. Из его носа хлынула кровь. Во взгляде Роу читалось желание убивать. Не знаю, из-за моего страха перед мужчинами, из-за ревности или и того и другого.

Киран запрокинул голову и хмыкнул. Он не вытирал нос, хотя его модное пальто было заляпано красным.