Онлайн книга «Вакцина любви»
|
Направляясь в симуляционную лабораторию пару часов спустя, я стараюсь не думать об этом. И у меня почти получается. Я выработала систему, в которой представляю себе ледяную тундру каждый раз, когда у меня возникают неуместные фантазии о Джулиане. Он проводит своей картой, чтобы войти в лабораторию, и затаскивает меня внутрь. — Ты ведешь себя так, будто я тащу тебя в ад, – говорит он. — Я никогда не любила видеоигры, Джулиан, – отвечаю я. Он фыркает. — Ты чуть ли не кипятком писаешь при виде карточек, но при этом боишься лапароскопического симулятора. Мне тебя не понять. Я закатываю глаза. — Да. Мои тайны обширны и глубоки. — Тогда тебе понравится в аду. Он подмигивает, и по моей коже пробегают мурашки. От ледяной тундры, конечно же. Симуляционная лаборатория, расположенная в соседнем медицинском колледже, поражает стерильной белизной: белой плиткой, стенами и потолком. По всему периметру стоят столы, загроможденные хирургическими моделями. В одном углу разместилась сложная роботизированная консоль, а в другом – тренажер «ЛапСим»[81]. У стены стоит каталка с реалистичным симулятором пациента. А в воздухе отчетливо чувствуется запах свежей краски, намекающий на недавний ремонт. Джулиан, не теряя времени, авторизуется в «ЛапСим» и пролистывает вводную информацию с автоматизмом человека, делавшего это сотни раз. На экране появляется список курсов, а сбоку – его предыдущие результаты. От изумления я невольно открываю рот и указываю пальцем на модуль по лапароскопической гистерэктомии[82]. Идеальный результат! Невероятно… — Мне потребовалась целая вечность, чтобы этого добиться, – говорит Джулиан. Я смотрю на него в ошеломлении. — Это было пари. Максвелл утверждал, что я не смогу. На лице у меня расцветает улыбка. — И что ты выиграл? Его переносица розовеет, и он бросает взгляд на дверь. — Помнишь ту первую гистерэктомию, которую я сделал сам, еще будучи интерном? Киваю. — Это должна была быть операция Максвелла, но он в последнюю минуту заболел, а я оказался единственным, кто мог ассистировать. Я хлопаю его по плечу тыльной стороной ладони. — Джулиан! Ты воруешь операции? — Мне ее подарили, – бурчит он, потирая плечо, словно мой удар мог нанести хоть какой-то вред этой глыбе. — Ладно. Научи меня своему ремеслу, Золотой Мальчик. Он запускает базовые учебные модули – те самые, которые я начала еще прошлой зимой и бросила в полном отчаянии. Они не были строго обязательными, и я решила, что лучше потрачу время на что-то более полезное. Разумеется, это никак не было связано с ударом по моему перфекционизму. Да и лаборатория все равно была на ремонте. Так что от меня ничего не зависело. — Все дело в восприятии глубины, – объясняет Джулиан, открывая модуль по установке зажимов. Он берет инструменты, и его длинные пальцы ловко скользят по рукояткам. Я не могу отвести глаз от того, как напрягаются сухожилия и вздуваются вены под его кожей, когда он работает. Полностью сосредоточенный на экране, Джулиан не замечает моей похотливости по отношению к его рукам. Да что в них такого особенного? – Может, то, что они такие умелые и профессиональные? Компетентность явно мой фетиш. – Они бы с той же ловкостью обращались с твоим телом, Грейс. Ледяная пустошь. Ледяная пустошь. Ледяная пустошь. |