Книга Вакцина любви, страница 106 – Дейдра Дункан

Кай, сжимая в руке бокал с коктейлем «Кровь единорога», рычит:

— У меня были жуткие фантазии о том, как я топлю эту суку. Серьезно.

Алеша бросает на него взгляд:

— Тебе нужен психотерапевт.

— Пф-ф. Не притворяйся, что ты мысленно не точила на нее свой скальпель, – огрызается Кай.

Алеша делает глоток и пожимает плечом.

— Мне так жаль, ребята, – всхлипывает Рейвен, комкая в руке салфетку.

Из всех несправедливостей в этой ситуации слезы Рейвен вызывают у меня самое сильное негодование, ведь она – сама доброта.

— О, Рейвен. – Грейс крепко обнимает ее. – Пожалуйста, не плачь. Все в порядке! Это всего лишь несколько недель работы.

Рейвен вытирает лицо:

— Но это нечестно.

Телефон у меня вибрирует.

Максвелл: Извини, чувак. Не повезло.

Тяжелый вздох.

Я просил его поговорить с Левином и Ченом – посмотреть, сможет ли он что-нибудь сделать.

Я: Что они сказали?

Максвелл: «Мы всегда поддерживаем все решения администрации».

Я: Ублюдки.

Максвелл: Ты удивлен? Путь наименьшего сопротивления, бро. Это их девиз.

Кай вскакивает на ноги, расхаживая взад и вперед и разглагольствуя, при этом методично осушая свой бокал.

Алеша наблюдает за его перемещениями и наклоняется ко мне с вопросом:

— Нам стоит беспокоиться о нем?

Я качаю головой:

— Пусть выпустит пар. Ему станет легче.

Пейджер на столе взрывается гудками, и мы все впятером вздрагиваем. У Рейвен сегодня «Мамочкин вызов» – это значит, что она принимает звонки от пациентов ночью.

Это особая форма пытки. Однажды я провел сорок минут на телефоне с восемнадцатилетней девушкой, которая решила, что три часа ночи – лучшее время, чтобы узнать о вариантах контрацепции.

Рейвен тянется к пейджеру, но Кай перехватывает его.

— Ни за что. В таком состоянии ты ни с кем разговаривать не будешь.

Он достает свой телефон и, набирая номер, что-то бормочет себе под нос. Как только на том конце отвечают, его голос мгновенно смягчается, становясь профессиональным.

— Здравствуйте. Это доктор Камписи. Я получил ваш вызов.

Алеша тихо хихикает рядом со мной.

— Он один из моих любимых людей.

Грейс укачивает в своих объятиях Рейвен, которая плачет у нее на плече.

Мы молча пьем нашу «Кровь единорога», пока Кай бубнит в трубку.

— М-м-м-хм-м. Да. Хорошо. Отлично. Спасибо. До свидания.

Кай сбрасывает вызов и рычит на телефон:

— Если мне еще раз позвонят по поводу чертовой слизистой пробки^[112], я сойду с ума. Клянусь, я размажу свое дерьмо по стенам больницы!

Алеша фыркает.

— Его гнев – это особая форма комедии.

Кай снова начинает расхаживать по комнате.

— Я напишу книгу! «Миф о слизистой пробке: История Кая Камписи». Глава первая: «Пожалуйста, прекратите звонить!»

Рейвен слабо смеется сквозь слезы:

— Они впервые стали мамами. Сделай им скидку.

Кай садится на журнальный столик перед Рейвен.

— Я бы сделал им скидку, если бы кто-то поступил так же по отношению к тебе.

Она снова плачет и обнимает Кая.

Весь вечер проходит примерно в том же духе. Я ухожу последним, задержавшись в дверях квартиры Грейс.

Позволь мне остаться.

Ее палец скользит вниз по планке моей черной хенли.

— Тяжелый день.

— Тебе нужно поспать, – говорю я. – Дети сами себя не родят.

Она улыбается, не отрывая взгляда от своего пальца, скользящего вниз по моей груди.

— Ты занят завтра?