Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 7 – С. Р. Джейн

Ладно, справлюсь, – подбодрила я себя, на этот раз приоткрыв глаза чуть шире, стараясь привыкнуть к свету.

Наконец мне удалось полностью открыть веки. Взгляд сразу же упал на ногу… закованную в гипс от лодыжки до бедра.

— Что случилось?

Одного мгновения хватило, чтобы все вспомнить. Весь этот кошмар.

Мысленно я снова пережила тот ужас – он развернулся в сознании, как кадры самого жуткого фильма. Отец, бросающийся на меня. Резкий хруст. Боль, пронзившая ногу, – такая, какой я никогда не знала раньше.

Все внутри сдавило, стоило мне снова посмотреть на гипс. Дыхание стало прерывистым, а сердце сжалось, будто его схватила ледяная ладонь.

Смогу ли я когда-нибудь снова танцевать?

В глазах помутнело, паника накрыла с головой. И тут чья-то рука мягко легла на мою, заставив вздрогнуть от неожиданности. Я резко повернула голову и увидела… Майкла? Он стоял у кровати, улыбаясь во все тридцать два. Эта идеальная улыбка моментально вызвала приступ тошноты.

— Что ты здесь делаешь?

Мне хотелось кричать, но вместо этого из груди вырвался лишь сдавленный вздох.

— Эй, тише, все нормально, – его голос звучал пугающе спокойно. – Все будет хорошо, Ана.

Я отрицательно замотала головой. Слезы жгли глаза, а в висках стучало: зачем он здесь? Майкл был последним человеком, которого я хотела сейчас видеть. Что вообще происходит?

— Почему ты здесь? – я с трудом выдавила из себя еле слышный шепот.

Но он лишь улыбнулся – слишком широко, слишком неестественно, психопатически. Его глаза безумно блестели. Хотелось вскочить с кровати и помчаться по коридору… куда угодно – только бы подальше от него.

— Ты серьезно пострадала. Разве мог я не прийти? – в его тоне сквозила какая-то странная, ядовитая насмешливость, будто он знал что-то, чего не знала я. – Не хотел, чтобы ты оставалась одна.

Мысли путались. Как я вообще оказалась в больнице? Где отец? Почему из всех людей рядом именно Майкл?

Он вдруг наклонился – и резко дернул мою ногу в сторону.

Крик вырвался сам, дикий, нечеловеческий. Боль пронзила ногу и каждую клеточку моего тела.

Дверь с грохотом распахнулась. В палату ворвались врачи, их голоса сливались в неразборчивый поток – все они пытались меня успокоить. Кто-то прижал мои плечи к матрасу, пока один из врачей вводил что-то в мою капельницу. Комната поплыла, все затянуло серой пеленой.

Я пыталась крикнуть, сказать им, что он сделал, но язык не слушался. Сквозь пелену от лекарств и боли единственное, что я разглядела – лицо Майкла. Его глаза сияли пугающим удовлетворением. Все вокруг начало темнеть, и я невольно задумалась: а не превратилось ли одно кошмарное событие… во что-то куда более страшное?

— Спокойной ночи, зайка, – прошептал он перед тем, как я потеряла сознание.

Очнувшись, я поняла, что лучше не стало – разве что боль теперь хоть как-то можно было терпеть, не срываясь на крик.

Майкл все еще находился рядом, вертелся вокруг, не уходил. Большую часть времени его рука лежала на моем плече – многие могли бы посчитать этот жест попыткой утешить, но меня он пугал. Весь год я избегала его прикосновений, а теперь он постоянно трогал меня.

Медсестры то и дело заглядывали в палату, но никто не замечал моего испуганного взгляда. Придется рассказать самой… только поверят ли?