Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 67 – С. Р. Джейн

Хотя… ее, кажется, и не было. Значит, не она.

Тогда откуда, черт возьми, под моей койкой взялись таблетки?

Я потерла глаза. Отчаяние расползалось по венам, как протекшие чернила. Комната будто стала душнее, комок подкатил к горлу. Что теперь? Куда идти?

Может, утром поговорить с Монтаной? Она приходит к пяти. Знает меня дольше, чем Мередит. Может, заступится, скажет, что это ошибка?

Я понимала, зачем нужно правило «одного нарушения»… но наверняка же бывали исключения? Кто-то ведь точно сумел доказать, что не виноват, и его пустили обратно?

Я пыталась вспомнить хоть один такой случай.

И сердце сжалось, когда я снова легла на койку. Ни одного имени в голове не всплыло.

Остаток ночи я пролежала без сна, глядя в потолок и отсчитывая часы до момента, когда мне негде будет просто прилечь после тяжелого дня.

Идти к Майклу или его родителям – не вариант.

Я поклялась, что больше туда никогда не вернусь. И даже если буду на грани смерти – клятву не нарушу.

Утром я сидела на койке, сжимаясь от напряжения. Когда Монтана вошла и пошла по проходу ко мне, по ее лицу было видно – ничего хорошего ждать не стоит.

— Готова? – спросила, не дав мне раскрыть рот.

Я заморгала. Вся речь, которую я мысленно репетировала несколько часов, застряла у меня в горле.

— Монтана, я…

Она покачала головой:

— Прости, Ана, – прошептала она. В голосе – настоящая боль. Но во взгляде что-то изменилось. Сомнение. Его раньше не было.

Я сгорбилась и уставилась в пол. Если даже Монтана не готова за меня заступиться… значит, все.

Схватив свой скудный мешок с вещами, я пошла за ней через ряды коек. Я чувствовала на себе любопытные взгляды, но мне было все равно.

Никто из этих людей на самом деле не переживал.

Я все же оглянулась. Печально: даже такое место, куда пускают любую женщину и ребенка, отвергло меня.

— Держи, – вдруг сказала Монтана, доставая из-под стойки… буррито из Sonic.

Я уставилась на него, стараясь не заплакать.

Я рыдала всю ночь. Казалось, у меня просто не хватит слез.

— Спасибо, – прошептала я севшим голосом. Взяла буррито и пошла к выходу.

— Будь осторожна, Анастасия, – бросила она мне вслед.

Наверное, стоило обернуться, сказать что-то. Но я только махнула рукой через плечо.

На улице оказалось… слишком ярко. Я зажмурилась – утреннее солнце будто насмехалось.

Я направилась к автобусной остановке на автопилоте.

План? Я даже не пыталась его придумать. Всю ночь была уверена: Монтана поможет. Поверит, что таблетки – не мои.

Сделала глубокий, дрожащий вдох и, наконец, обернулась к «Хэйвену».

В окне никто не стоял. Никто не выбежал, чтобы вернуть или сказать, что произошла ошибка.

Я закусила губу, приказав себе не плакать. Не из-за этого места. Не сейчас.

Когда-нибудь кто-то обязательно проводит меня взглядом. Кому-то будет не все равно.

Я должна была верить в это.

К моменту, когда я добралась до студии, стало чуть легче. Слово «чуть» означало, что я рыдала теперь только внутри, а не устраивала полноценную истерику – хотя вполне могла бы.

Я выкладывалась по полной, пока в одном из пируэтов не подвела нога – она просто подкосилась, и я повалилась на пол, как тряпичная кукла.

Музыка тут же оборвалась, все остановились.

Лицо вспыхнуло от стыда. Я поднялась, делая вид, будто мне вовсе не кажется, что в бедро воткнули нож.