Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 55 – С. Р. Джейн

С нее все и началось.

Наконец затихли последние ноты – слава богу – и я задрал джерси. Вишенка на торте.

На груди было краской написано: Анастасия – ребята из отдела, который выдает нам униформу, ужасно обрадуются этому. Линкольн, Ари и Уолкер тоже написали имена своих девушек. Наверное, у них будут вопросы, кто такая Анастасия.

Логан же написал у себя на груди «Открыто для предложений» со стрелкой вниз…

Анастасия уставилась на мою грудь, широко раскрыв рот, затем перевела взгляд на лицо. Я опустил джерси, сложил пальцы в сердце – как раз вовремя, потому что тренер уже орал, требуя немедленно отправляться в раздевалку.

— Это не по сценарию, Ланкастер, – пробурчал я, шагая по коридору, где нас ждала неминуемая взбучка перед игрой.

— Я – шоумен, Джеймс, – саркастически парировал Ари. – Музыка мне диктует, а я исполняю.

— И она велела тебе вскарабкаться на меня?

Он самодовольно ухмыльнулся.

— Sir Mix-a-Lot буквально кричит, что ты должен вскарабкаться на кого-то.

Линкольн фыркнул, проходя мимо, и покачал головой.

— Не делай вид, что тебе не смешно, Золотой мальчик! – крикнул ему вслед Ари.

— А ты не сваливай вину за свои поступки на Sir Mix-a-Lot, – огрызнулся Линкольн.

Я покачал головой – мы вошли в раздевалку, а я думал о том, насколько сильно шокирована Анастасия?

Ребята из труппы то и дело бросали на меня многозначительные взгляды и громко перешептывались. Мы ждали, когда хоккеисты вернутся на лед и начнется игра. Мне было все равно на реакцию других – я все еще не могла прийти в себя после произошедшего.

От одного танца Кэмдена Джеймса…

Мое тело сгорало от желания так, что, кажется, мое белье срочно нужно сменить.

Хотя не то чтобы у меня было на что.

Поход в прачечную определенно того стоил.

Однако конец его выступления… вот что заставило меня потерять дар речи, едва не соскользнуть с сиденья в пучину смятения и желания.

Неужели на его груди действительно было мое имя? Мне не показалось?

Хотелось переспросить у кого-нибудь, убедиться, что глаза меня не обманывают, но я боялась, что меня примут за сумасшедшую.

Происходящее казалось нереальным. С какой стати звезда НХЛ стал бы писать мое имя где бы то ни было… а уж тем более на собственном теле?

Сегодня я погуглила его на библиотечном компьютере. Оказалось, он и правда знаменитость. Они чередовались с Ари Ланкастером – и вот уже шесть лет подряд попеременно получали «Джеймс Норрис Трофи». Это награда дается лучшему защитнику в лиге.

Я прочитала о благотворительных организациях, которые он поддерживал. Трижды он удостаивался награды НХЛ за благотворительность.

В это было легко поверить. В конце концов, в первый раз я встретила его в благотворительной столовой, и, судя по тому, как свободно с ним общались окружающие, бывал он там не раз.

Но наткнулась я и на кое-что другое… на рекламные кампании с его участием.

Одна из них – реклама мужского белья, и Кэмдену Джеймсу действительно было чем гордиться.

Размер его достоинства не оставлял сомнений.

Честно говоря, я не понимала, как это помещается в его штанах.

— Итак, так ты познакомилась с Кэмденом Джеймсом? – Алена опустилась на свободное место рядом. – Почему не сказала на занятиях?

— Ну, я… не то чтобы знаю его.

Она фыркнула.

— Да брось, Ана. У него было твое имя на груди. Эти кубики… – она мечтательно закатила глаза. – Их невозможно забыть.