Книга Чертовски неправильный мужчина, страница 21 – С. Р. Джейн

Но даже это не помогло – возбуждение не утихало, а взгляд все равно тянулся к танцовщице.

Что делать?

Возбуждение рядом с Джеральдин было совершенно недопустимо.

Железное правило жизни: никогда не допускай ничего такого рядом с той, чье имя Джеральдин.

Особенно если у тебя возбуждение эпических масштабов – мощное, рекордное, размером с бейсбольную биту, способное отбить любой мяч на другой конец поля.

Черт, зачем я вообще вспомнил о бейсболе? Наверное, из-за голосового сообщения от отчима. Он фанател от этой игры и в детстве пытался заставить меня бросить хоккей ради бит и кожаных мячей.

Но сейчас не время думать о нем. Одна мысль об отчиме и девушке на сцене – моей девушке – вызвала такую ярость, что захотелось кого-нибудь прибить.

Я окончательно сошел с ума.

Когда последние ноты смолкли, и она слегка поклонилась, меня накрыло волной паники… и пустоты. Я не хотел, чтобы это заканчивалось. Не хотел, чтобы она исчезала. Без нее я не знал, что делать.

Занавес опустился, и меня затрясло, будто от жесточайшего похмелья. Краски вокруг поблекли.

Как будто жизнь потеряла смысл.

Звучит драматично, но именно так я себя чувствовал.

Стало только хуже, когда я в панике схватил программу и начал листать страницы. Мимо чечеточников, джазовых исполнителей – прямиком к финалу. И тут внутри похолодело: ее имени там не было.

— Ну что ж, я потеряла пятьдесят долларов, – пробормотала Джеральдин, когда в зале зажгли свет.

— Что? – переспросил я, отвлекаясь от поисков пути за кулисы. Прыгать на сцену совсем не хотелось.

— Мэйси ставила на то, что ты влюбишься в одну из балерин. А я, видишь ли, поставила на чечеточниц.

Эти слова наконец заставили меня обернуться. Я уставился на нее с немым вопросом.

Джеральдин усмехнулась, сложила пальцы пистолетиком и выстрелила в мою сторону. Честно говоря, я совсем запутался.

— Попался! Неужели ты думаешь, что я всерьез ставила бы на чечетку? – фыркнула она. – Я знала, что тебя очарует именно балет.

— Ты о чем?

— Ну да, не делай вид, будто не пялился на сцену как завороженный весь последний танец.

— Больше никогда не усомнюсь в твоей проницательности, – сухо ответил я.

Спорить было бессмысленно. Она разгромила меня в пух и прах. Шоу закончилось, свет погас, а Джеральдин оказалась права на все сто.

— Ну, чего мы ждем? – фыркнула она, поправив очки и решительно взяв меня под руку. – Пошли знакомиться с твоей балериной.

— Прямо сейчас? – голос мой дрогнул от внезапно нахлынувшей паники. – Я одет не в самый лучший свой костюм…

— Ты выглядишь потрясающе, – отмахнулась Джеральдин и потащила меня к выходу сквозь редеющую толпу.

Для женщины ее возраста она обладала поистине невероятной силой.

Но как она умудрилась прочесть мои мысли?

Я обернулся к сцене. Свет погас, занавес опустился, и ни одного танцора не осталось в поле зрения.

— Мы идем не туда, – проговорил я, чувствуя, как нарастает паника. Уже мелькнула мысль взять Джеральдин на руки, чтобы быстрее добраться до цели.

— Мужчины, – лишь покачала головой моя спутница, упрямо двигаясь в противоположном направлении. – Ее не будет за кулисами. Она будет на афтерпати. А твоя обаятельная соседка как раз достала приглашения.

Я готов был ее расцеловать.

— Приглашения? У тебя есть для нас приглашения? – голос мой звучал почти безумно. Я ускорил шаг, мысленно дав клятву, что Ари Ланкастер никогда не узнает, как я использую семидесятипятилетнюю соседку, чтобы познакомиться с будущей матерью своих детей. Джеральдин точно не упустит случая похвастаться. – Отныне я буду безоговорочно тебе доверять.