Книга Заклинатели Бер-Сухта, страница 80 – Екатерина Бакулина

— Мало ли незарегистрированных магов, или не подконтрольных Литьяте.

— Мало, в том-то и дело. На самом деле, последним, кто реально способен на такое — был Патеру. У Хагена был потенциал… — Ил-Танка вздохнул. — Нет таких магов, понимаешь. Даже если все дикие колдуны Этора соберутся, они не справятся.

— А ты?

— Я? Огненные горы не мой профиль. Я могу поднять людей, вот, хотя бы Налар-Сухт, заставить их вооружиться, погнать их на Салотто. Они будут бежать без сна и отдыха, пока не сдохнут, или пока не ввяжутся в бой. Могу даже по дороге подсобрать еще. Но я никогда не сделаю так, и в Литьяте это прекрасно знают. Поэтому меня и отпустили.

— Ты действительно можешь?

— Да, — спокойно сказал Ил-Танка.

Мне стало как-то не по себе. Это не бравада. Я представила тысячи людей с пустыми глазами, бегущие по снегу, абсолютно послушные. Обычные простые люди.

А Лан как-то не очень поверил.

— Да ладно. Покажи! — предложил он.

Ил-Танка ничего не сделал, даже не шевельнулся. Но Лан, на моих глазах, прямо с места вдруг перекувырнулся через голову, встал на руки, так же на руках подошел к краю и прыгнул в воду.

Вынырнул, выскочил, отряхиваясь, словно мокрая собака.

— Мать твою! — зло шипел он. — Вот сволочь…

— Нормально? — спросил Ил-Танка.

— Да чтоб тебя! Холодно же. Как теперь сушиться?

— Это твои проблемы, — Ил-Танка весело хмыкнул. — Кто-то, кажется, говорил, что боевой маг всегда должен быть готов? Где твоя защита?

— Была защита, — буркнул Лан.

— Я не заметил.

Джара хихикала. Лан стащил куртку, отжал, принялся сушить.

— Ты с магией поаккуратнее, — сказал Ил-Танка. — Сейчас очень легко нарушить равновесие.

Лан ругался себе под нос. Мне даже стало его слегка жалко. Разве он неопытный мальчишка, чтобы с ним так? Он мастер Литьяте.

— Лан, ну что ты…

Он так страшно на меня глянул, что я сразу решила засунуть сожаление куда подальше.

— Кстати, — сказала я, чтобы сменить тему. — В моем сне рядом со мной стоял какой-то человек. Кто это? Может быть, если мы узнаем, то это поможет? Он хисирец, такой рыжий и…

— Не поможет, — прервал Ил-Танка. — Я знаю кто это, я видел.

— Кто? — спросила Джара. — Ты мне ничего не говорил.

— Как? — спросила я. Как он мог видеть?

— Ты прости, Соле, но мне не нужно спать с тобой, чтобы видеть твои сны, я могу и так. Тем более, что…

Он повернулся ко мне, я увидела его глаза — ослепительно зеленые, как и у всех хисирцев.

— Олиш! — выдохнула Джара, вскочила на ноги.

— Это я в твоем сне, — сказал Ил-Танка. — Не знаю, как это объяснить. Скорее всего фантомный образ, во сне так бывает.

Он снова отвернулся, глядя куда-то за горизонт.

Невозможно поверить. И все же, я знала. Чувствовала это с того дня, как мы пытались спасти Хагена.

Лан стащил с пальца давно бесполезное серебряное кольцо, размахнулся и бросил в море.

На обед была рыба! О! Я поняла, что жутко голодна, что могу и кита целиком сожрать, не то, что селедку. Настоящий пир. Все сидели такие довольные, расслабленные, Джара рассказывала, как она тоже в детстве бегала ловить рыбу вместе с соседскими мальчишками, а однажды, поймав больше всех, подралась с Сешем, который утверждал, что это не справедливо, она девчонка и вообще ловила на чужие снасти, значит должна поделиться.

— Ох, и врезала я ему! Две недели потом ходил с заплывшим глазом, — смеялась Джара. — Делиться ему! Еще не хватало! Девчонка! Мы сцепились прямо на дороге, так увлеклись, что нас чуть двуколка не сбила. А потом завалились в канаву и все перемазались, я платье порвала. Только пока мы дрались — нашу рыбу унесли. Остались без улова, Сеш без удочек. Ему и от отца влетело, за то, что удочки потерял. Но зато он сам потом меня ото всех защищал, и рыбы приносил, и не мне, а матери сразу, чтоб я отказаться не смогла. Хороший парень… женился недавно… на дочке бакалейщика, такой беленькой, чистенькой, скромненькой, что аж тошно.