Книга Последний защитник для альвы, страница 37 – Екатерина Бакулина

— Если тебе станет от этого легче… — сказал совсем тихо.

— Не станет, — Ивен покачала головой.

Даже его смерть уже ничего не изменит.

Нет…

Все это время она пыталась прислушаться, пыталась понять… Не могла.

Пустота внутри. Ни злости, ни ненависти, даже отчаянья нет. Только звенящая пустота.

Этого не может быть.

Она бы поняла раньше…

— Знаешь, — сказала Ивен, — я не верю, что отец мертв. Я не чувствую этого. Я же альва… пусть не настоящая, но я тоже кое-что могу… Я чувствую, что он жив. Они солгали, Эйрик, я чувствую.

Немного надежды.

Еще мгновение он неподвижно стоял перед ней. Потом резко повернулся и рванулся в зал.

Вытащил Рейдера на улицу, едва ли не за шкирку, как котенка. Потащил куда-то на задний двор.

— Иди наверх, ладно, — сказал он Ивен. — Я сейчас.

Оттуда шум, ругань и плеск воды.

Ивен зябко поежилась.

* * *

— Люди королевы, — хмуро сказал Эйрик.

Подошел к окну, постоял, потом принялся ходить от стены к стене, меряя комнатку шагами. Он был весь мокрый — рукава, грудь, хоть выжимай. Даже волосы мокрые, взъерошенные. Почти сумасшедшие глаза.

— Ты его утопил, что ли? — спросила Ивен. Не то, чтобы она переживала за рыцаря, но все же…

Эйрик остановился, повернулся к ней.

— Утопил?

— Ты весь мокрый.

— А… Да нет, — он мотнул головой, брызги полетели в стороны. — Просто пытался немного привести в чувства, чтобы хоть что-то узнать. Окунул пару раз в бочку. Ничего страшного.

— Узнал?

— Не очень, — сказал он.

Вздохнул, пододвинул табуретку и сел за стол. Провел ладонью по лицу, смахивая воду.

Ивен ждала.

— Думаю, придется ехать во дворец, в Вальборг, — сказал Эйрик. — Все не так просто, Ивен. Твоего отца ранили, но мертвым его не видел никто. Когда мы… Когда я увез тебя, то появились люди королевы. Не много, но этого хватило, с Дагмером во главе. Раненых они заставили добить, а мертвых сжечь. Вроде как, так полагается, и теперь никто ничего не сможет узнать. Ехали какие-то люди, на них напали разбойники… и ищи теперь. Но не думаю, что стали бы убивать твоего отца, живой он им нужнее, чем мертвый. Дагмер, как раз, не дурак.

Эйрик сморщился.

— Отец нужен им? — не поняла Ивен. — Зачем?

— Не сам он, конечно… Думаю, им надо кое-что от меня, и они надеются, что за жизнь твоего отца…

Эйрик замялся, облизал губы и договаривать не стал.

— Ты? За жизнь моего отца?

С какой стати? Что такого они могут потребовать?

— Ивен, я уже влез в это по уши. Я сам виноват. И, если смогу, попытаюсь хоть немного исправить.

Ивен закрыла глаза.

Если исправить еще хоть что-то можно…

Она уже не знала, чему верить.

— В Вальборг… — тихо сказала Ивен.

— Ты боишься? — спросил он.

— Мне кажется, словно я муха в паутине. Дергаюсь, но уже никак не выбраться. И не вернуться домой. Я уже дважды пыталась убежать, вернуться домой, но каждый раз приходилось возвращаться. Мне кажется, я уже никогда не смогу вернуться.

Эйрик невесело усмехнулся.

— Если хочешь, мы подыщем для тебя тихое место, ты можешь подождать, а в замок поеду я один? Тебе не нужно ехать, если ты не хочешь.

— Я не хочу, — сказала Ивен. — Я боюсь ехать туда. Но если там я смогу узнать хоть какую-то правду, то лучше узнать побыстрее. Хочу услышать все сама. Я поеду.

* * *

Утром Ивен наблюдала, как он изо всех сил пытается привести себя в порядок, чтобы достойно появиться во дворце. Не сам, конечно. Ему еще с вечера постирали одежду, теперь чистили сапоги, коня, брили лицо, укладывали волосы. Он еще на рассвете успел потребовать горячей воды, помыться, и теперь просто сверкал. Потребовал найти ему новую сорочку, вместо своей, давно порванной на лоскутки.