Книга Гамбит короля драконов, страница 85 – Екатерина Бакулина

Я подняла на Эйгона глаза, он губы поджал.

— Если не готова к такому, лучше скажи сейчас.

Не готова. Но и отказаться не могу тоже.

И даже не потому, что без него мне и деваться некуда. А… просто.

Просто смотрю ему в глаза.

— Я все сделаю, - говорю тихо. Невозможно его отпустить.

И Эйгон тоже на меня смотрит.

А потом так:

— Оставьте нас ненадолго. Нам с Мариной нужно поговорить.

И меня только крепче обнимает.

Ждет, пока все выходят.

— Недолго, - только говорит Уэйтин с порога. – Нам еще много надо успеть.

Эйгон кивает. Только крепче прижимает меня к себе.

И молчит.

Долго стоит, обняв, уткнувшись носом в мою макушку.

— Только не говори, что это слишком опасно и мне не стоит… - осторожно говорю я.

Он фыркает.

— Не буду. Опасно. Но я же не самоубийца, чтобы тебя отговаривать. То есть, наверно… все это очень похоже, но… скорее от безысходности такой шаг. Я не знаю, как иначе справиться. Сам уже ничего не понимаю. Только то, что никто кроме меня в это ввязываться не станет. Потому что да, самоубийство почти. Но может и выйдет. И вся моя надежда только на тебя, что удержишь, что ради тебя я сам смогу удержаться и прожить дальше человеческую жизнь, забыв…

Он вздохнул судорожно, втянул носом воздух.

Я чувствовала, что его трясет слегка.

И что мне делать с этим? Отговаривать его? Сказать, что не стоит?

Но если это действительно так опасно, если колдун, вдруг дорвавшийся до драконьей мощи, до короны… если это действительно принесет слишком много бед миру. Бред почти. Но никак нельзя такое допустить. Если у него не получится сейчас, он пойдет куда-то еще. И не перед чем не остановится.

Я так хорошо помню… стоит усомниться, и прямо перед глазами встают тела, лежащие во дворе замка, еще там, в горах. Семья, отец, мать и трое детей. Отец убил их, а потом себя. Только, конечно, это был не он сам, это ведьма… и если позволить им осуществить задуманное, то такое повторится снова. И куда масштабнее, может быть. Те, кто сделали это – не остановятся ни перед чем.

И надо их остановить.

— А ведь Шайену тоже поймают? – спросила я.

— Уэйтин обещал. У него есть какие-то идеи, но трогать ее пока не хотели, чтобы не спугнуть более крупного зверя. Сейчас нам очень важно поймать Нолана. Любой ценой.

Любой.

Я зажмурилась, обняла его крепче.

— Я боюсь за тебя.

— Я и сам боюсь, - признался он, потом все-таки чуть неуверенно улыбнулся. – Очень страшно. Даже не умереть… Я и на войне, и столько поединков было… Страшно потерять крылья и дальше как-то жить с этим. Не знаю, как жить. Так и хочется сказать тебе: «Не держи, отпусти меня». Но это неправильно. Это все равно, что сдаться. А… Знаешь, впервые такое говорю. У нас это непринято. И даже совсем недопустимо для взрослого мужчины, тем более, для короля говорить про то, что ему страшно. Но с тобой как-то иначе.

Его сердце отчаянно колотилось.

— Я буду держать тебя крепко-крепко, не отпущу.

Меня привели, когда все уже закончилось.

Пещеры на побережье. Тихое место вдали от людей. Сюда ведьма звала еще Джарелта на свидания, здесь все и произошло.

Уже все…

Честно говоря, пока шла – даже колени дрожали, боялась увидеть. Но, с другой стороны, понимала, что если меня сюда ведут, значит, нужна моя помощь и шансы у Эйгона есть. Не зря же ведут. Все по плану.