Книга Мрачная новобрачная, страница 70 – Полли Нария

Нежный голос был наполнен уверенностью. И я позволила этому чувству поселиться и внутри меня.

— Я со своей стороны тоже сделаю все, что в моих силах, ‒ произнесла, поднявшись во весь рост. ‒ Вместе с твоим отцом мы исцелим наш город.

Руби согласно закивала головой, а я посмотрела на ширму, за которой скрывался Роберт. Девочка поняла, что мне пора и, выпустив мою руку, вдруг перегнулась через кресла и из маленькой прикрученной корзинки достала небольшой флакончик, похожий на те, что я использовался для своих духов.

— Я вижу, что ты спешишь… Но мы вчера с отцом были у Джонны, пополняли запасы лекарств. И она… Ты только не ругайся, ‒ Руби стыдливо сжалась. ‒ Она рассказала, что ты делаешь те самые настои, что помогают от головы. А я… Мучаюсь мигренями с самого детства. Может, ты сделаешь одну для меня?

Разве я могла отказать?

Альберт

В этот раз силы вернулись лишь спустя минут двадцать. Все-таки Роберту понадобилось не легкое прикосновение, а полноценная отдача, к которой я не был готов. Но я ни о чем не жалел. Ни капли. За благодарный взгляд Офелии я бы рискнул отдать еще больше. Только чтобы она так смотрела на меня чаще.

Дурак! Отрицать свои чувства становилось труднее. Мне нужно было создавать между нами пропасть, а я строил мост.

Глупец! Даже если откинуть все то, о чем Офелия не знала, я в любом случае не имел права привязывать девушку к себе. Она заслуживала лучшего. Мужчину, способного прикасаться к ней, гладить ее шелковистые волосы, целовать ее мягкие губы… И чего уж греха таить ‒ не только губы.

Она была создана для чуткого удовольствия. А я не мог ей это дать. Хотя хотел этого. До черных пятен в глазах, до рези в пальцах, до скрежета зубов. Боролся, но продолжал желать невозможного. И как бы я не пытался, не мог выгнать некромантку из головы. Она прочно заняла там место и махала мне ручкой всякий раз, стоило прикрыть глаза.

Все то время, что Морган и Офелия провели за пределами имения, я не находил себе места. Как только силы вернулись, шум в ушах исчез, а зрение обрело былую резкость я встал и начал мерить гостиную шагами.

Когда солнце подкатилось к горизонту, ложась в комнату длинными тенями, я остановился у окна. Сумеречное небо ‒ полотно пурпурных и синих оттенков, отражало бурю, бушующую внутри меня.

Дверь скрипнула, разрушив чары моей задумчивости. Я повернул голову на шорох ткани, заведомо зная, что застану на пороге Харпер. Сестра, чинно сложив руки в замок, прижимала их к груди.

— Еще не вернулись? ‒ спросила она участливо. И я поразился той перемене, что случилась с кузиной за этот тяжелый день. Не было в ней былой дерзости, не было и нахальства. Она действительно переживала.

Я мотнул головой и вновь устремил взгляд за окно, надеясь, что вот-вот на извилистой дороге у кромки леса появится экипаж. Но его все не было.

Я гнал тревогу, хотя тихий голос побуждал меня к действиям. И мне надоело с ним бороться.

— Ты куда? ‒ воскликнула Харпер, когда я пронесся мимо нее.

— Поеду навстречу, вдруг что-то стряслось, ‒ сказал и почувствовал возросшую уверенность. Тело требовало движений, активности, и я не собирался больше противиться внутренним стремлениям.

— Но...

Я не дослушал. Оказавшись в холле, я взял с вешалки пальто и выскочил в наступающую ночь. И я даже почти свернул к конюшне, чтобы оседлать Метеора. Когда в дали послышался шум копыт и характерный скрип колес.