Книга Фотографов с рук не кормить, страница 6 – Надежда Мамаева

— Ты совсем не помнишь, как тебя зовут?

— Нет. — Ответ был сухим, как гербарий, и столь многословным, что намекал собеседнику: неплохо бы и ему тоже увянуть.

— Тогда как к тебе обращаться? — я, не отрывая взгляда от дороги, продолжила разговор, напрочь игнорируя намеки этого травника о засушке.

— Как тебе удобнее. Выбери любое имя.

— Ратибо р? Мирослав? Ярополк? Ярослав? — Я была сама невинность.

— Я не понял: Русь в настолько большой опасности, что у тебя других имен не осталось? — сыронизировал этот… покоритель водных глубин.

— Значит, будешь водолазом, — резюмировала я, отсекая любые возражения.

— Ну раз со мной разобрались, то, может, теперь я узнаю, как тебя зовут, о бесстрашная укротительница памятников глубокой старины?

Однако! Так тонко мои жигули-семерку ещё некто не обзывал.

— Анна. Для тебя просто — Анна Андреевна Белова, — вернула я шпильку белобрысому.

Не знаю, до чего бы мы добеседовались, но в наш милый разговор решила вмешаться не иначе как добрая фея. Один взмах ее волшебной палочки — и нам пришлось остановиться. Правда, чародейка была в униформе, а ее рабочий инструмент — полосат, аки шмель, и столь же больно жалил. Причем сразу по самому дорогому месту — кошельку.

— Лейтенант Макаренко, — козырнул в приоткрытое окно постовой и, взяв документы на машину, задал гениальный вопрос: — И куда это мы крадемся?

Меня не первый раз останавливали работники гаи. И каждый раз наши с ними диалоги напоминали кота Шредингера: бывали глупыми, а бывали и нет. В зависимости от наличия наблюдателя. Сейчас наблюдатель имелся. Сидел рядом и обнимал тыкву так, словно она была колобком-рецидивистом, готовившим очередной побег.

— С дачи в город. — Я была капитаном Очевидность. Очень мило и старательно улыбающимся капитаном, подключившим к разговору не только все свое обаяние, но и позаимствовавшим оное у соседей.

Правда, хотела сначала сказать, что еду просто вперед, но подумала, что шутить с доблестными гаишниками себе дороже. У них чувство юмора в базовую комплектацию не входит.

— Откройте багажник, — напустил на себя суровость страж дорожного порядка.

— Простите, а объявлен план-перехват или иная операция по задержанию? — вмешался в нашу беседу водолаз. — На каком основании будет произведен досмотр?

И тут же пристальное внимание гаишника переключилось на пассажира. А я поняла: вот теперь точно выпишут штраф. Можно сворачивать милое выражение лица, оно уже бесполезно. Работника гаи, у которого горит план по сбору мзды, даже отсутствие нарушений ПДД водителем редко останавливало. Но все же был шанс. Пока не влез автостопер.

Я уже морально приготовилась, и… ничего не случилось. Ну как не случилось. Мне передали тыкву. Затем водолаз вылез из машины и, подойдя к патрульному, что-то тихо ему сказал. Парень в форме ему ответил… Их диалог длился не больше минуты, после чего мне вернули права, козырнули и пожелали удачного пути.

Когда автостопер уселся на свое место, то на мой молчаливый вопрос ответил:

— Я напомнил ему не только о его правах, но и границах полномочий.

— Ты же имя свое не помнишь…

— Имя — нет. И всего, что связано с личным, — тоже. Но вот такую ерунду…

Из этой проникновенной речи водолаза я вынесла лишь один вердикт: врет!

Впрочем, пытаться вывести этого горе-ныряльщика на чистую воду я не стала. Решила: пусть барахтается в своей мутной глубине, садится в лужу (а его ли она или чужая — не суть), залегает в тихом омуте, как профессиональный черт… в общем, участвует в прочих фразеологических извращениях — если ему так нравится. Сделала вид, что поверила. Промолчала, прикинув, что если не буду докапываться до правды, то сэкономлю время и нервы. Жаль, что бензин таким образом сберечь нельзя.