Книга Стажировка вне закона, страница 48 – Надежда Мамаева

Едва моя ладонь оказалась в руке Нила, как у меня замерло дыхание, а с головы до ног прошил разряд, так что я не могла и пошевельнуться.

— Рин, - произнес дивный хрипло и как-то рвано.

И от этих звуков собственного имени я почувствовала, как рушится стена железного самоконтроля. Знать бы еще, чья она… Моя? Дивного? Или сейчас мы оба проиграли сами себе и друг другу?

Я начала пoдниматься. Медленно, опираясь на протянутую руку. Только каких усилий это мне стоило… Ровная спина, прямой взгляд, гордо поднятая голова – на это ушли последние крохи моего самообладания.

И сейчас я и Нил стояли посреди комнаты. А вокруг нас лежали книги, опрокинутый шкаф, осколки разбитой вазы и нашей выдержки.

Лишь приглушенный свет ночника рассеивал наше безмолвие. Мы не говорили, но тем не менее болезненно остро ощущали в этот миг друг друга через прикосновения. Они были красноречивее любых слов. От них и так бешеный пульс зашкаливал, а сердце билось так сильно и гулко, что готово было проломить ребра, перед глазами все плыло, а воздуха не хватало. А еще мне было мало Нила.

«Целуйся, но только не вздумай влюбляться!» – это была моя последняя здравая мысль, когда губы потянулись навстречу губам.

А потом… на нас словно налетела буря, огненный смерч. У него был вкус терна, верескового меда и безумия. Того отчаянного сумасшествия, когда маски сброшены, когда живешь одним мигом, позволяя себе быть в нем настоящим. Потому что понимаешь, всем нутром ощущаешь – это всего лишь краткие мгновения свободы от оков обстоятельств. А потом… Вновь придется взять под контроль все: разум, чувства, слова, жесты, реакции… Стать теми, кем нас привыкли все видеть.

Из груди вырвался сдавленный вздох, когда язык Нила скользнул по моим губам, углубляя поцелуй. Долгий, глубокий, головокружительный. Дивный оторвался от меня на миг, но лишь затем, чтобы прикусить кожу в основании шеи и тут же прильнуть к ней. Жадно, неистово, так что я почувствовала, как кровь застучала в висках, а в животе спазмы свернулись огненными жгутами. И я, окончательно потеряв связь со временем и пространством, начала задыхаться от бури эмоций, накрывших меня. Я прижималась к Нилу, выгибалась, отвечала, царапала его плечи, стремясь быть как можно ближе.

Моя рука скользнула выше, пальцы зарылись в светлые волосы дивного. Они оказались на удивление жесткими. Захотелось прихватить их и оттянуть, но тут я задела ладонью мочку уха Нила, и он застонал от удовольствия. И я уже намеренно дотронулась до заостренной раковины. И тут же почувствовала, как мужские руки ещё сильнее прижали меня к твердому тренированному телу.

Это было удовольствие на грани боли… Боли от желания большего. Я дрожала от предвкушения. Чувствовала Нила всем своим телом. Его напряжение. Его жар. Непроизвольное движение дивного, когда его бедра вжались в мои.

И тут же сильные руки подхватили меня. Миг, когда я зависла над полом… А затем миp опрокинулся и я оказалась лежащей на кровати. А надо мной нависал дивный. А затем на меня обрушился ещё один поцелуй. Головокружительный. Сумасшедший. Дикий. Меня захлестнула волна наслаждения. Неразбавленного, терпкого, обжигающего. Оно пьянило, кружило голову...

А еще к нему примешивалось желание: чтобы этой ночью она в упоении выкрикивала мое имя, стонала «Ни-и-ил…» и была моей, только моей.