Книга Двери не для фэйри, страница 17 – Надежда Мамаева

Я поспешила открыть. На языке вертелось уже колкое: «Вы сегодня припозднились».

Но стоило распахнуть створку и увидеть фэйри, как распахнулось еще кое-что. Полы моей блузки. Ударяясь о порог и пол, застучали пуговицы, мастерски срезанные когтями одной наглой пушистой мстительницы.

Осознав, чьих это рук, точнее, лап дело, я пришла в тихое бешенство. Разгон от растерянности до состояния дикой фурии занял ровно три секунды.

Дивный все это время сохранял гробовое молчание. Видимо, мысленно копал могилу, организовывал траурную процессию и поминал недобрым словом одну развратную девицу в моем лице, которая решила совратить собой неприступного сидхе.

— Ну, зараза… – прошипела я, первой отойдя от потрясения. – Ты у меня сейчас получишь!

От сказанных мной слов дивный дернулся. Сначала глазом, потом острым ухом, а затем и весь.

Но мне было не до фэйри. Я, схватившись за полы блузки, запахнула их, а затем захлопнула и дверь. Перед самым аристократическим носом фэйри.

Сама же стрелой бросилась в комнату, где засела мантикора. Она, явно что-то почувствовав, как-то вся сжалась и…

Я схватилась за плотную ткань шторы и дернула вниз. Та предупреждающе затрещала. Киса протестующе заурчала. Плевать! Я покажу этой мелкой паразитке, как меня подставлять!

Разом сломались и карниз, и психика истошно завопившей мантикоры. Пушистая вместе с гардиной полетела на меня.

Миг, в котором смешались штора, я, карниз, киса и моя брань. Перед моим носом мелькнуло скорпионье жало. Верткое пушистое тело попыталось выскользнуть из моих рук, но я была проворнее, а главное – злее! Это-то и стало решающим.

Мохнатая гостья протестовала, наверняка материла меня на своем кошачьем языке и дергалась в импровизированном мешке, но вырваться не могла.

В таком виде я и вручила ее фэйри, протянув «упакованную» матикору через порог дивному.

— Сколько? – фэйри был сама лаконичность.

— Две сотки, – отчеканила я.

— Это много, – заметил сидхе.

«Ну и сквалыга!» – подумала я.

Дивный скривился.

«Вот фтырх, он же мысли читает!» – промелькнуло в голове.

— Только когда вы их очень громко думаете и не выставляете ментальную защиту, – отозвался фэйри, ничуть не скрывая то, что только что бессовестно ковырялся у меня в мыслях. – Хотя… У меня все равно меньше нет. – Он достал купюру и протянул мне со словами: – Кстати, маска у вас не очень, вот кружево симпатичное…

Только тут я сообразила, что, желая отомстить мантикоре, напрочь забыла о том, что блузка у меня до сих пор нараспашку и…

— Завидуете? – фыркнула я, прикрываясь. – Так зайдите в салон женского нижнего белья и купите. У вас такое же будет!

И воображение тут же нарисовало дивного в кружевном исподнем. Уголок губ фэйри реального дернулся в подобии улыбки.

— Даже так… – протянул он.

— Да хоть как! – рыкнула я. – Лучше скажите: когда это прекратится?

— Что именно? – педантично уточнил сидхе.

— Ваша мантикора и ее продуктовые налеты на мой дом!

— Вы ее сегодня кормили? – отчего-то помрачнел дивный.

— Нет! Она еще в прошлый раз все съела, – ответила я.

— Тогда, скорее всего, этот визит был последним, – обрадовал меня фэйри и зачем-то добавил: – Древние артефакты хорошо обучаемы.

С этими словами сидхе ушел, как всегда, по-фэйрийски, не прощаясь.

А я лишь пожала плечами и поспешила переодеться, искренне надеясь, что киса действительно не дура и, поняв, что сожрала здесь все, что могла, и больше еды не предвидится, не заявится снова.