Книга Интервью для Мери Сью. Раздразнить дракона, страница 53 – Надежда Мамаева

Несмотря на важный и степенный вид, Крост в душе был отъявленным евреем с украинскими корнями и вкраплениями дальней кавказской родни. В смысле: не только умел использовать выгодные обстоятельства, как всякий умный человек, но и, как опытный аксакал торгов, мог сам создавать благоприятное для него положение вещей.

— Не с больным, — начала я ожидаемо, — а с ожогом. Или раны уже стали передаваться как моровое поветрие? — и, чтобы закрепить успех, осторожно начала опускать носилки. Йон пусть не сразу, но сообразил, что от него требуется.

Едва дракон оказался на земле, я подошла поближе к старосте. Заодно чуть загородила от Кроста оборотня.

Бурмистр местного розлива огладил бороду, подбоченился и всем видом показал, что таки вступил в торг.

— Смотря где. На войне, что недавно отгремела, это была самая заразная болезнь. А ваш-то увечный как сумел спины лишиться? — внимательно разглядывая Брока, вопросил Крост.

— Он не увечный, — почти прорычал Йон, но дружеский тычок острым локтем заставил перевертыша стать враз визуально умнее и замолчать.

— Мой друг прав, — от последнего слова шкура чуть не поперхнулся: в кои-то веки я с ним согласилась! — Наш побратим… — с моей легкой руки дракон обзавелся еще и названной сестрой, — не увечный. Его тяжело ранило, когда он бился с драконом. Посмотрите на ожоги. Разве такие может оставить факел? Нет, только драконье пламя! Если бы не отвага Брока, вашу деревеньку сейчас бы поливал огнем крылатый ящер.

От моей пламенной речи селяне впечатлились. Но Крост, сморчок старый, на то и был главой деревни, чтобы извлечь максимальную выгоду и для себя, и для всей балки. Это у нас беда, но мы пришлые, не свои.

— То, что могло случиться, да не произошло — про сие нам неведомо. Мож ентот ваш дракон и вовсе мимо бы прошел, не тронув. Поэтому ежели побратим ваш бока обжег — так это лишь его собственная вина, и благодарностей не ждите. А вот если бы обгоревший драконоборец ведьмаком оказался, да согласился нам упыря упокоить, шо в лесу честному люду ступить не дает — тогда бы другой коленкор пошел…

Все, намек понятен. Берем не деньгами, а борзыми щенками. Йон, который уже и без своего акинака готовился с голыми руками приступить к своему любимому способу ведения переговоров, оттеснил меня, шагнув вперед, но я, руководствуясь принципом «была не была», радостно сообщила:

— Так у нас и ведьмак есть! Вот он, — и с гордостью указала на оборотня жестом менеджера, представляющего хит продаж.

Йон закашлялся. Похоже, ему ещё ни разу не доводилось представляться тем, кто собственно его и должен успокаивать. Я же решила закрепить успех, а случись что — и обеспечить перевертышу путь к отступлению:

— Он у нас очень опытный…кхм…борец с нечистью, а главное — за дело радеет вперед награды. Если учует какого гуля или упыря — сразу несётся его истреблять. Иногда — прямо с места.

— С сеновала, что ли? — уточнил кто — то языкастый из незаметно собравшейся толпы.

Судя по всему, местные решили: раз уж староста беседу ведет, значит и остальным селянам бояться не след. Вот, подзуживаемые любопытством, подтянулись и ребятня, и старики, и бабье с мужиками.

— Что-то мне лицо этого борца с нечистью чересчур знакомо… Был тут у нас один такой — пять лет назад на Ночь Сейринк столько девок перепортил… Его потом наше мужичье дубинами грозилось отходить по хребту, чтоб этот шустрый встать не мог, а он, собака, утек.